Автор
В темном уголке города жила старуха-рассказчица, чей голос заставлял дрожать даже неукоснительных зрителей. Здесь, на склоне века, сидела она в углу тесного барчика и шепелявым хриплым эхом рассказывала о берсеркерах, которые оживали из могильного холма каждую ночь. А Мерек, мальчик со страхом на душе, присел поближе, чтобы вытянуть больше шкурок истории в этот зимний вечер....
– Что ты такого увидела, что у тебя щеки зарделись?
Коннор обхватил Элизу за ягодицы, приподнял, прижимая к своему налившемуся твердому копью, и крепко поцеловал в губы.
– Нечего глазеть на мужчин, когда ветер сильный. И не сомневайся, я тебя накажу, если увижу, что ты на их наготу заглядываешься.
Они спустились в большой зал приветствовать гостей. Не успело солнце подняться в зенит, как все помещения замка были заполнены представителями кланов, съехавшимися на торжество. Те, что рангом пониже, раскинули палатки между внешней и внутренней стеной замка.
– Я очень рассержусь, если увижу, что ты болтаешься у двери, разглядывая купающихся голых мужчин. – Коннор пристально посмотрел на Элизу. – Если уж тебе так нужно разглядеть мужское тело, можешь вымыть меня.
Элиза толкнула его локтем в ребра."
"– Ну что за человек! Я на голых не заглядываюсь, – вознегодовала она. – Слышал бы мой отец эти слова, он бы тебе нос разбил, а может, даже твою бестолковую голову.
В комнате одновременно раздался тихий смех и взрывы хохота. Элиза попыталась сбежать. Коннор крепко держал ее.
– Я слышу, волынщик играет английскую мелодию. Твой отец у ворот. Разве ты не хочешь приветствовать родителей, чтобы твой отец сразу начал бить меня до полусмерти?
Элиза кинулась к двери. Коннор, усмехаясь, последовал за невестой.
Нетта плакала всю свадьбу Элизы.
– Жена, ты оскорбляешь меня своими рыданиями. Ты должна улыбаться и показать подруге, что супружество – счастливое занятие. – Он с сомнением посмотрел на Нетту. – Ты держишь себя так, будто ее ведут на заклание.
В ту минуту, когда пара произнесла клятву и семейство отправилось в часовню на свадебную службу, слезы Нетты высохли. Мерек решил, что дело в женском характере, но изменил свое мнение, когда слезы покатились из глаз отца Элизы.
Хотя Нетта нравилась ему, Мерек отказывался признавать, как важна она стала для него. Он не осмеливался любить ее. А гнев, который его охватывал, когда ей пытались причинить зло, дело вполне естественное. Когда кто-то угрожает его имуществу, любой взбеленится.
Мерек больше не позволит Мортейну близко подойти.
