Катя, обреченная на роль невесты в драматическом спектакле о проклятом императоре, падает в обморок прямо onstage. Внезапно она осознает свой новый, захватывающий образ и неописуемую атмосферу театра с его символическими декорациями и монологами актеров.
Мне очень хочется послушать про его мир.
Помогает. Теперь я знаю, о чем с ним говорить, чтобы не думать об этих сладких губах, на которые мне приходится постоянно смотреть, чтобы понимать разговор.
То, что он рассказывает о своей Земле и технологических достижениях человечества, поражает своими масштабами. Я невольно задумываюсь, как они смогли такого достичь всего за тысячу лет. Даже меньше. На Таш говорит, что масштабный рывок начался всего лет пятьсот назад. А у нас на Марне только деградация. Эльфы вымерли. Драконы были очень давно.
Наверное, на их Земле никто не воюет, раз смогли так развить технологии.
Засидевшись допоздна, прощаемся. Потом узнаю, как у них с этим дело обстоит. Очень интересно.
Провожаю его до покоев, и, сжав зубы, позволяю скрыться за дверями. Как только они закрываются, бьюсь головой о стену.
"Кулак врезается со всего размаха в камень. И я бегу подальше отсюда. Еще не хватало воплотить свои дурные фантазии в жизнь.
Весь следующий день избегаю его. Быстрее бы уже все кончилось. Нет! Нет! Не хочу отдавать Виттору!
Покидаю дворец и целый день занимаюсь ерундой. Проверяю, так сказать, готовность города к коронации. Будто кроме меня этого некому сделать.
Встречаемся лишь за ужином. По его взгляду понимаю, что мое исчезновение стало неожиданностью, и по мне, кажется, соскучились.
Возникает подозрение, что его тоже могут мучить такие же желания, как и меня. Может ли мое ненормальное чувство быть взаимным?
Слежу за ним, не отрываясь, весь ужин. Благо, сидит напротив. И да, замечаю взгляды в свою сторону. Стараюсь, чтоб не заметил слежку. И внутри разливается какое-то невнятное тепло.
Ловлю его у дверей и предлагаю пройти в библиотеку, поиграть в игру, которую он с восторгом назвал шах-ма-ты.
Оживляется и с радостью соглашается. А я поражаюсь его всесторонней развитости. Сколько он всего знает и умеет. Жаль только в физическом плане отстает. Мышцы бы нарастить, да удар поставить, чтобы мог за себя постоять, как там, на площади, когда его чуть было не утащили солдаты.
После коронации займусь этим вопросом.
Прикрыв глаза, представляю на мгновение, как он висит на перекладине и пытается подтянуться.
