В свадьбе сына скрываются подозрительные моменты. Когда миловидная невеста заявляет, что любимой супруги не место в новой семье, и она должна уступить место молодым. Внутри истории залегает тайное прошлое и непростые отношения между покоренной женой и ее отвергшимся любовником....
В тот же миг Павел сорвался с места и ушел.
***
Потом в машине он долго не мог отдышаться, пока не успокоился и не уехал из этой проклятой дыры прочь.
Сейчас это уже становилось личной войной. Но ничего. Он еще найдет способ.
Женщина так и сидела за столиком, застывшая и напряженная. Тяжело это далось ей, встретить Павла спустя столько лет. Вживую столкнуться с тем, кого когда-то...
Конечно, она все слышала. И да, это было жестоко, но правильно, жизнь за глупость наказывает. Чтобы уж вообще больше никаких иллюзий не осталось.
Просто...
Она не душила своего ребенка. У нее и в мыслях никогда не было убить малыша. Никогда! Но в халупе, где она жила, да с ее анамнезом... Квартирная хозяйка в глаза называла подзаборной наркоманкой. А про то, что она вены резала, а потом лежала в психушке, это вообще была отдельная тема.
- Она убийца. Какая разница кого. Она придет ночью и зарежет всех нас.
А комнаты она сдавала не только ей, были еще постояльцы. Были скандалы.
Когда родился маленький, он часто плакал по ночам.
Хозяйка кричала, чтобы она съехала, а ей некуда было, другое жилье не по карману, она на это едва наскребала. Ей стали грозить, мол, если она свое отродье не заткнет, ее выставят на улицу и лишат родительских прав, а ребенка отдадут в органы опеки.
Это произошло по неосторожности. Малыш плакал ночью, она накрыла его с головой толстым одеялом. Слишком плотно.
В тот день был особенно страшный скандал.
Нет, малыш не умер. К счастью. Но ей дали срок. Она плохо помнила, там было все в кучу: попытка убийства матерью новорожденного, причинение вреда здоровью ребенка, принудительное лечение и еще много других слов. Ее лишили родительских прав, ребенка забрали органы опеки.
Когда она вышла через два года, ее Павлик уже был усыновлен и жил в ругой семье под другим именем. Данные ей, разумеется, никто не сообщил.
Как она жила потом? Как-то жила.
А теперь вот... Ее разыскал Иевлев.
***"
"Когда Торопов ушел, Владимир еще некоторое время смотрел на дверь, за которой тот скрылся, и неприязненно морщился. Все как он и ожидал.
Потом подсел к женщине, сидевшей одиноко за соседним столиком.
- Как ты, Люда? - спросил тихо.
- Нормально, - кивнула та, опуская голову.
- Готова? Еще не поздно, можно все отыграть назад.
Женщина вскинула него тревожный взгляд и застыла. Много разных чувств в глазах. Потом сглотнула:
- Нет, я готова.
