Соглашалась. Очень-очень старалась. Но что-то в ней сломалось насовсем. В Москве ей не хотелось выходить на улицу. Она отказывалась даже от любимых прогулок по бульварам. Прежде уж они с Сашей пошатались бы! Поболтали бы обо всем на свете, нахохотались бы до боли в животе. А тут она едва дождалась времени отлета. Муж уверял, что со временем все впечатления сотрутся, все вернется на круги своя. Инка изо всех сил старалась его не огорчать. Но страх и тоска не оставили ее и в Париже. Она безвылазно сидела дома, писала свои рассказы, стихи. К телефону не подходила.
Светка приехала к ней поездом Милан – Париж на неделю по просьбе Саши. Он должен улетать на гастроли, но не знал, как оставить Инку одну в чужом городе после того, что произошло на родине.
Инка на первый взгляд показалась Свете вполне нормальной Инкой, какую она знала с детства. Читала свои стихи, слушала истории про новую Светкину жизнь, шутила. Только наотрез отказывалась выходить из дому. Ни по магазинам, ни в кафешку, ни в музей. Да что ж это такое! Быть в Париже и не нагуляться до одури, не надышаться его волшебным воздухом, в котором витает очарование и любовь!
– Ну, и что дальше? Так и будешь дома сидеть? – спросила наконец огорченная Света.
– Я не знаю, что дальше. Думала, пройдет. Но – никак. Я, наверное, не смогу больше в городе жить. Ни в каком.
– Я себе представляю безлюдное место в горах. Чтоб туда трудно было добраться. И чтоб ни от кого не зависеть. Я хочу там тихо жить, гулять, творчеством своим заниматься. Никого чужих не видеть.
И это говорила общительная и дружелюбная Инка! Невероятно!
– Но ты понимаешь, что для Саши это невозможно – в горах с тобой жить? Как он по концертам ездить будет?
– Я все понимаю. И допускаю, что все будет ужасно. У нас с ним. Но я… Меня будто и нет уже.
Инка опустила голову. Заплакала, подумала было Света. Но нет, слез не было. Она просто будто ушла и дверь за собой заперла. Значит, все, решила для себя, как ей выжить.
– А меня к себе в горы позовешь?
– Конечно! – Инка улыбнулась, словно возвращаясь к себе прежней. – Тебя, Асю, всех своих, конечно. Сережка, кстати, одобрил.
Впервые упоминание о тайном возлюбленном не заставило Светкино сердце учащенно биться. Она даже спросила о его личной жизни и планах. И вполне спокойно узнала, что работать он теперь будет в Москве, а жену себе пока не приглядел.
В Москву Инка не собиралась возвращаться никогда.
Конечно, никогда не говори «никогда». Признаться, и Светке не очень хотелось в родные пенаты.