– Ах, «дайте своему партнеру иногда отдохнуть от бури и натиска», – поддразнила Света.
На лежаках у бассейна началась между тем какая-то возня. Кажется, девушка, заигрывая, облила своего бойфренда водой.
– Светка, ну отстань, отвали, на фиг ты, Светка!!! – раздался возмущенный вопль Гены.
Света вздрогнула всем телом так, что Марио испугался.
– У нее твое имя, да, Кьяра?
Она кивнула, стараясь взять себя в руки. Что – имя! Знакомое междометие – вот что напугало. Голос, интонация. Нет, не может быть!
Между тем, т а Светка «отвалила», подошла почти вплотную к их бассейнчику и, не таясь разглядывая обоих, обратилась к своему спутнику:
– Ге-ен, я хочу купальник такой же, как у этой иностранки!
– А ты спроси, где брала.
– Тебе все шутки. А я хочу в джакузи посидеть. Они вон окопались. Сто лет уже сидят.
– А вдруг они не иностранцы? Орешь во все горло, на фиг ты!
– Не-а! Они на иностранном разговаривали. Не на английском. Тихо слишком. Я не разобрала.
– Не разобрала… Смотри, будет, как в Париже!
Они оба зашлись от смеха:
– Нет, а чего он в такой шляпе шел, я ж не думала, что наш. Помнишь, я ему: «Во шапка, бля!»
– А он тебе: «Сама бля!» Ну и умора!
Теперь и Гена встал, направился к своей Светке, к ним.
– Ты не уходи оттуда, потопчись, намекни, что, мол, они тут не одни в отеле. Другим тоже надо, – негромко советовал он своей неугомонной подруге.
Нет-нет! Не он! Чужое лицо! Совсем чужое лицо! Взлохмаченный, волосы почти белые – так на солнце выгорели. Нос прямой, даже с горбинкой чуть-чуть. Подбородок волевой, вперед выдвинутый, с ямочкой. Но через весь живот – по диагонали – огромный, страшно белеющий на загорелом теле шрам: его, тот самый – другого такого быть не может. Коренастый, крепкий, он шел своей походкой «качка», щурясь на солнце.
– Ге-ен! Смотри, какие у этой ноги! – нагло комментировала девка.
– Ну чего – ноги как ноги. Стройненькие. Загореть еще не успели.
– Красивей моих, да?
– Не, твои красивей, честно.
– Мне бы похудеть, чтоб были как у нее.
Сомнений не было – он. Лицо другое – подумаешь! Не проблема. Пластические хирурги творят чудеса. Были бы деньги, остальное поправимо. Надо было ему и шрам убрать… Хотя кто, кроме них, этот шрам видел? А может, еще придет время, исчезнет и шрам.
К горлу Светы подступила тошнота. Казалось, запах мази Вишневского завитал в воздухе.
– Тебе плохо, Кьяра? – встревоженно спросил Марио.
– Пойдем скорее, сейчас вырвет, – еле смогла ответить Света.
Они поспешно вылезли.
Вслед неслось ликование:
– Ну, Генка, ты гений!
– А то! Я ж говорю: потопчись!
Теперь к прежним недомоганиям Светланы добавилась утренняя тошнота. Только вернувшись домой, они поняли причину.
Это заявлял о себе их будущий сын.
В ПРЕДДВЕРИИ НОВОЙ ЖИЗНИ
Все изменилось, как по мановению волшебной палочки.