Светка умоляла подругу хоть раз навестить их в миланском доме, поехали бы вместе на Комо, поплыли бы на кораблике… Размечталась, в общем. Инка обещала как-нибудь попробовать. Со временем. И сама же рассказала про собственные подозрения насчет своего состояния: ей неприятно думать о посещении чужих мест, открытых пространств, площадей. Не хочется попадать в толпу людей, не хочется встречаться глазами с чужими.
– Это называется «агорафобия», я читала, – резюмировала Инка.
– Ты прям вот так вот уверена? – расстроилась Светка, хотя прекрасно понимала, что Инкино сидение на одном месте в течение долгих лет есть не что иное, как результат той самой давнишней эмоциональной травмы в родном аэропорту.
– Я просто стараюсь об этом не думать. И не пробую. Мне тут хорошо. Я спокойна, часто – счастлива. Тут – мой мир. И я вижу только тех, кого хочу и рада видеть. А с теми, кого видеть не стремлюсь, переписываюсь в Сети. Удобно, дешево, практично.
Это точно. Против факта такого удобства не попрешь. Но… Как-то все это не очень жизненно все же. Хотя… Что под жизнью понимать.
Если ночные звезды Прованса, стрекотание цикад, стрекозы, запахи горных трав и лаванды не жизнь, то что тогда – жизнь? Дикий виноград, ручей, пчелы, гудящие басом над цветами… Сосны, платаны… Горы на горизонте. Закаты и рассветы, каждый из которых неповторим. Во всем этом нашла счастье и покой ее подруга. Разве этого мало? Немало. Но не хватает чего-то очень важного. Впрочем, зачем задевать болевые точки… Лучше радоваться тому, что есть. Полного счастья не бывает.
Но именно после того визита и того разговора у Светки и стало возникать это мерзкое чувство чужого пристального взгляда. Говорят же, что психические расстройства – штука заразная. Психиатры вон сами психи еще те! Может, Светка настолько впечатлилась после той тревожной беседы, что теперь пошло-поехало. Иногда даже в последние дни до того доходило, что ей хотелось крикнуть в пространство:
– Эй! Что тебе надо-то? Подойди, поговорим!
Останавливало одно: никто не подойдет, а за чокнутую примут точно. Их в Милане полно, чокнутых. Как и во всем мире. Обкуренные, обколотые, просто одинокие…
Она недавно в парфюмерном магазине видела сидящую на полу девушку, с идиотской ухмылкой и хихиканьями разговаривавшую с духами на нижней полке. Она, кстати, им такое говорила! Одни непристойности. Предлагала одному флакону потрахаться с другим. Расписывала, как это будет. Советовала, какую позу принять.
