В королевстве Флин, где жизнь сосредоточена вокруг коронаций и деликатных семейных обедов, приходит страшное известие: король скончался внезапно. Глава правительства забывает о важных делах и погружается в безысходную грусть, теряя все связанные с прошлым воспоминания....
Разговоры неслабо отвлекали от того, что происходило внизу. — Он сообщит, что я нахожусь в лесу. А ещё он очень удивится, когда мы не явимся через некоторое время.
Я затосковала. Сколько времени Чича посчитает чрезмерным для моего блуждания по лесу? Час? Три? День? Неделя… Я потрясла головой, отгоняя ужасные мысли.
— Как только он это поймёт, он предложит кому-нибудь отправиться за нами, — как можно бодрее продолжила я. — Или отправиться сам. Да, скорее всего, отправится сам.
— Какие интересные у вас отношения с вампирами, — довольно невежливо заметил Апфель.
Но в этот момент прямо по стволу нашего дерева пришёлся сильный удар от старой дикой ведьмы, и мы оба замерли, плотно прижавшись к своим ветвям. Говорить окончательно расхотелось. Впрочем, ведьмы снова принялись кружить рядом друг с другом, лишь время от времени клацая зубами. Нападать друг на друга они никак не решались.
Так что против своей воли мы возобновили разговор. Сидеть молча всё равно казалось страшнее.
— С королём понятнее было, — разоткровенничался Апфель.
Я фыркнула. Камешек был в мою сторону, но что поделать.
— Мы идём в ногу со временем, — пояснила я. — Нужно создавать союзы с соседями, чтобы отправлять за ледяную пустыню и море своих людей. Открывать новые земли, завоёвывать территории. Поэтому Калегосией издавна и правили королевы.
Тут я приврала, конечно, но он что, меня проверит?
— И где вы собираетесь найти тех сумасшедших, кто будет это всё исследовать и завоёвывать? — спросил Апфель."
"Ответ у меня уже был наготове.
— Это вообще не проблема, — уверила я нюхача. — Мы будем набирать их из тех, кто много болтает не по делу и не думает!
И снова наступило неловкое молчание.
Тем временем внизу ведьмам надоело кружить, и старая пошла на ближайшую соперницу, подняв острый нос повыше, раздувая ноздри и водя перед собой своими опасными руками.
— За кого болеть будешь? — спросила я, крепче обнимая ногами сук, а сама свешиваясь чуть ниже, чтобы ничего не пропустить
— Чего? — не понял Апфель. Дикие они какие-то все, как нюхачей учат вообще!
— Ладно, уступаю старую, — щедро предложила я. — Она наверняка уложит молодую, но со второй ей придётся повозиться. Всё-таки она спала, а они куда живее выглядят.
