В королевстве Флин, где жизнь сосредоточена вокруг коронаций и деликатных семейных обедов, приходит страшное известие: король скончался внезапно. Глава правительства забывает о важных делах и погружается в безысходную грусть, теряя все связанные с прошлым воспоминания....
— Мы слишком поздно сделали подмену.
Я потёрла лицо руками. Что тут вообще происходит?
— Софи подозревала, что её попытаются отравить, — пояснил Бриен. — Мы с ней тут успели сдружиться, и она попросила сделать её двойника. Снова.
— Почему, кто, почему она мне не сказала? — Викуэль не выдержал, его прорвало. — И почему ваш двойник лежит так… словно всё удалось.
— Видимо, эти герои что-то не учли, — проворчала я. — А тебе она не сказала по очень простой причине, Вик. Подумай, кто мог желать ей смерти, для кого ваш с ней брак был поперёк горла.
Я оставила друга нервно вращать глазами, он не сразу придёт к той же мысли, что я пришла моментально, и повернулась к Бриену и Весеню.
— Двойника изо льда можно уничтожить без опасности для оригинала, но не наоборот, — пояснила я. — Кто-то добрался до Софи, и поэтому её двойник в таком состоянии. Проблема в том, что где-то так лежит и Софи, и мне необходимо убедиться, что с ней всё в порядке.
Я качнула головой.
— То есть, не в порядке, конечно, но мне надо убедиться, что она в ближайшее время не умрёт.
Я встала, с сожалением опустив руку Софи обратно на кровать. Незаметная со стороны вмятинка на её руке — только она и подсказала мне, что я имею дело с подделкой. Но Софи и правда грозит опасность, и мне надо её найти первой.
— Изображайте тут безутешное горе, — потребовала я. — И внимательно следите, кто придёт пособолезновать, как при этом будет выглядеть и станет ли пробиваться к телу.
Я задумалась, понимая, что не имею представления, как могли подействовать на подругу эльфы.
Но я сердцем чуяла, что проблема не только в этом, и потому хотела скорее найти Софи и проверить.
С мрачным лицом я вышла из комнаты и зыркнула так, что толпа чуточку поредела.
Хорошо, оказывается, быть королевой. Никто и слова не скажет, когда ты проносишься мимо, вся такая важная и неприступная. Никто не подойдёт, не задаст каверзных вопросов, вроде куда вы прётесь, когда у вас подруга умерла? А как же рыдать над ней?
— Иссабелия, — так, похоже, я переоценила собственную важность, потому что в одиночестве мне удалось пройти только шагов двадцать. — Ты лопату забыла.
