Катарина ван Ретт смотрела в зеркало, скривившись от своего отражения. Ее платье и обувь делали ее выглядеть еще менее привлекательно для принца, который ей предстоит выйти замуж. Катарина знала, что красота здесь не при чём.
Вот и пусть работают, это, говорят, полезно.
Глава 16
Катарина проснулась сама. Рядом, на соседней подушке, сладко сопела подруга, за окном чирикали птички, а на мэдчен ван Ретт неотвратимо навалилось одно простое, но гадкое осознание: вчера она стала убийцей.
Сев, она потерла друг об друга враз озябшие ладони. Убила. Хладнокровно. И что страшнее всего, возвратись она назад - поступила бы так же. Жизнь Гара и мир в королевстве дороже. Вот только душа корчится от страха и ужаса. Ну да что поделать, придется пережить.
Соскользнув с постели, Катарина осмотрелась, нашла плотный халат. Он пах чужими духами, но на Катти была только тонкая сорочка, так что привередничать она не стала.
Номер, как выяснилось, состоял из двух частей - спальни и маленького подобия гостиной. Два стареньких, продавленных кресла, стол, окно с широким подоконником и яркий, розовый шнур. Под ним было написано «дернуть один раз».
Пожав плечами, Катти последовала инструкции. И через минуту в комнату вошла служанка.
- Чего изволите?
- Подайте обед, - попросила Катарина.
- Через полчаса, мэдчен. Пирогов надо?
- А с чем?
- С северной ягодой, с рыбой и с потрошками, - перечислила служанка и добавила: - И экзох... ихох... необычный!
- Тогда с ягодами и необычный."
"В ожидании служанки Катарина устроилась на подоконнике. Она выводила на стекле всяческие символы и гадала о природе новообретенной силы.
Три года назад мэдчен ван Ретт не только получила увечье. У нее еще и скачкообразно увеличился магический дар.
Хлопнула дверь. Катти лениво обернулась и увидела служанку с огромным подносом и входящую следом за ней Германику.
- Доброе утро, - прохладно произнесла Катти. Она почему-то вспомнила клятвенное заверение моры Ровейн, что на Отборе никто не пострадает.
- Злишься? - хмыкнула дуэнья. - Ну позлись немного.
- Я стала убийцей. Считаешь, это недостойный повод для гнева?
Германика придирчиво осмотрела оба кресла, брезгливо скривилась и вытащила из воздуха изящный стул.
- А что, ты бы хотела это изменить?
Мэдчен ван Ретт не стала отвечать. Она так и осталась сидеть на подоконнике и тоскливо вглядываться в проходящих по улице людей. Мора Ровейн тем временем делилась новостями. Рассказывала о том, что родовую защиту удалось снять, что король счастлив, что Гар надел женское платье и...Что?!
- Ну наконец-то, - фыркнула Германика.
