Это был Леонид Марьин, который…
– Леонид? Мой Леонид?!
Майя не верила собственным ушам. Ее муж занимался… ну, многим. Но добычей алмазов?
– Майя, что ты знаешь о бизнесе своего мужа?
– Паш, ну что я знаю… У него было несколько банков, издательство, пара телеканалов, сеть рекламных агентств. И предприятие «Гермес» – какое-то производство…
– Вот именно производство алмазов – добыча, огранка, продажа – это и есть предмет деятельности «Гермеса». Остальные виды бизнеса просто обслуживали этот основной – хотя начинал Марьин именно с них, но когда занялся добычей алмазов, все изменилось. Рекламные агентства и банки не приносят дохода, позволяющего построить дороги и инфраструктуру целого края, а также заниматься благотворительностью на миллионы.
– Конечно. – Олешко кивнул. – Он не посвящал тебя в свои дела, потому что не видел в этом ни смысла, ни практической пользы. Ты помогала ему там, где действительно могла помочь, где от тебя был толк: ты по образованию хороший менеджер и по призванию, собственно, тоже. Ты несколько лет занималась продажей медицинской техники и прочих подобных товаров, значит, в вопросе разбираешься досконально. Именно это ты и делала для своего мужа, там ты была на своем месте, и он это отлично знал. В остальное же он не посвящал тебя и был прав. Думаю, именно то, что ты практически ничего не знала о его делах, в конечном счете сыграло свою роль в том, что ты до сих пор жива.
– Майя, если бы ты знала, в чем действительно состоит бизнес Марьина, неужели ты бы не попыталась после его смерти вникнуть в дела, учитывая, что у тебя на руках был нехилый пакет акций и обязанность заниматься благотворительным фондом? Рано или поздно ты бы разобралась, что к чему. По крайней мере, попыталась бы, и как долго ты прожила бы после этого, я не знаю – но, думаю, совсем недолго.
– Я никогда не вмешивалась в дела мужа.
– Правильно. А он, не видя интереса с твоей стороны, со спокойной душой не посвящал тебя в детали. Но детали были, как ты понимаешь. Торговля алмазами, а также готовыми бриллиантами – одно из самых прибыльных дел после торговли наркотиками и оружием. Когда Марьин восстанавливал прииск, он очень рисковал, ведь он действительно был порядком истощен, а в разведку нужно было вкладывать средства, которые вполне могли никогда не окупиться – это дело такое, можно найти искомое, а можно и не найти. И когда Марьин отстраивал Алмазный, это не привлекало внимания, потому что считалось неперспективным.