Невинная девушка с мешком золота отправляется в путешествие к Риму. Неопытный царь и его подданные сталкиваются с загадками мира, где существуют Чудеса и Антихрист. Необходимо разобраться в странном царстве Тартаров и их сущностях, чтобы выжить среди чудовищ.
Теперь ты нашу тайну знаешь...
Мысленно Аннушка уже распрощалась с постылой жизнью — жаль только, что Рима ей увидеть не доведётся, — но всё ещё на что-то надеялась. И обидно же в такой ясный день погибать от какой-то неясной пакости!
— Сейчас всё узнаешь... Только никому уже не расскажешь... Зато мы никакого урона твоей чести не нанесём — уже повезло! Или хотелось бы напоследок?
— Заткнись, срамник!
Аннушка присела и выхватила из-за пояса мёртвого янычара, лежавшего у её ног, ятаган. Хоть и не коромысло, но сойдёт!
— Сейчас зарежусь! — сказала она и поднесла к шее клинок.
— Эй, эй, не смей! — воскликнул господарь Влад, Убоище Румынское. — Нельзя понапрасну кровь проливать, это преступление! Мы так не договаривались!
— А мы вообще ни о чём не договаривались, — мстительно сказала Аннушка и внезапно обрушила ятаган на проходившего мимо неё с грудой одежды румянчика. Тот завизжал и схватился за место, где у него только что была рука.
Но завизжал и господарь Влад. Его перекосило от боли.
— Высосать её! — скомандовал упырь и... осыпался в траву.
Аннушка с окровавленным ятаганом в руке ошеломленно смотрела по сторонам. Все четверо упырей исчезли, только из травы послышался знакомый уже шорох и завоняло снова...
— Так вот вы какие кровопивцы... — прошептала девушка и бросилась к карете. Сперва она залезла на место возницы, потом на крышу. И только там опомнилась.
«Дура я, дура! Бежать надо было! Хотя... Парни-то и на конях не убежали!»
Трава ходила ходуном. Живое бурое одеяло выползало на дорогу, подбиралось к колёсам.
— Огня бы мне... — с тоской сказала она. — Их ведь лучиной жгут... О Тот, Кто Всегда Думает О Нас, подумай как следует!
Чаще всего короткая эта молитва не помогает... И ждёт её лютая и позорная смерть...
Аннушка услышала, как по щекам её катятся обильные слёзы. Она крепилась из последних сил, чтобы не заплакать, и вот поди ж ты...
Только слезы были очень уж обильными. И волосы от слёз не намокают...
Свершилось небывалое. В неурочное время с безоблачного неба хлынул дождь, да ещё для крепости и молния сверкнула, отозвавшись вскоре могучим раскатом.
Аннушка взглянула вверх, и её прямо хлестнули по лицу уже не капли, а какие-то непрерывные струи. А солнце продолжало светить и потихоньку двигаться по неизменному своему пути.
Передовой отряд кровососов мгновенно смыло с каретной подножки. Дорога превратилась в грязь, а потом и в реку. По реке поплыли, вымытые из травы, мелкие упырики.
