Я планировала воспользоваться ее отсутствием по-взрослому и лечь спать пораньше.
Я забыла обо всех этих планах в ту же секунду, как открыла дверь. Моя квартира не была пустой. Мой муж вернулся. Он стоял в трех метрах от входной двери.
На мне были спортивные штаны, толстовка с капюшоном и бейсболка.
На нем были черные джинсы и потертый темно-серый пуловер. Его волнистые черные волосы были небрежно откинуты с лица. На его челюсти была однодневная щетина.
Он был прекрасным и соблазнительным. Мне хотелось облизать его с головы до ног.
Его руки были засунуты в карманы, взгляд был хищным, как будто он хотел наброситься на меня. Казалось, это желание было взаимным.
— Привет, Максим, — сказала я. Мне захотелось похлопать себя по спине за то, насколько уверенно прозвучали эти слова. Больше ничто во мне не казалось уверенным. Мой пульс бился достаточно громко, чтобы заполнить всю комнату.
— Зови меня Макс, — поправил он.
Мои брови поползли вверх. Я знала, почему он приказал мне называть его Максимом на нашей свадьбе. Я даже поняла это. Его друзья и семья звали его Максом, и, насколько я понимала, я не была ни тем, ни другим.
Чего я не понимала, так это почему он поменял это решение сейчас. Это было похоже на ловушку. Я не хотела в нее попадать.
Я открыла рот, чтобы ответить, но его взгляд скользнул мимо меня.
— Оставь нас. Сегодня вечером ты ей больше не понадобишься, — коротко сказал он.
Мне не нужно было поворачиваться, чтобы увидеть Евгения, не желающего уходить. Все остальные члены моей команды уже разошлись.
— Ты уже поужинала? — спросил меня Максим после того, как дверь за мной захлопнулась с громким щелчком.
Я почти солгала. Я пыталась, но была слишком голодна и заинтригована, чтобы дать положительный ответ.
Он улыбнулся мне. Зачем он это сделал? В комнате были только мы.
— Я заказал доставку из «Вкуса Востока».
В животе у меня заурчало.
— Из «Вкуса Востока»?
Я кивнула. Я просто обожала это место. За их куриную шаурму, фалафель и хумус можно было умереть. Мне нравилась их еда, но я редко могла позволить себе такую калорийность.
— У меня есть всего понемногу. Пойдем поедим.
Что я могла сделать? Я согласилась разделить интимный домашний ужин со своим мужем.
Он разложил еду по тарелкам и подал мне, точно так же, как делал это за завтраком.
Мы ели вместе. Он сидел так близко, что наши колени соприкасались на протяжении всего ужина. Время от времени его рука ложилась мне на бедро. Время от времени он кормил меня едой из своей тарелки.
Это было восхитительно и опасно.
Каждый раз, когда он проявлял хоть каплю человечности, мне хотелось упасть на спину и раздвинуть ноги. И, что еще хуже, я почувствовала, что немного смягчаюсь по отношению к нему.