Автор
Лютый день. Я бежал без устали, шагая по мартовой грязи, где каждая тряска сапога приближалась ко злу. Кровь стекала по шее, и ветер нес дрожь и страх за пределы города. Адвокат жестоко вынес обвинение, и мое тело подчинялось закону до самой судьи.
И будущему не проиграть.
Я никогда не пойду проверять — Саша мой сын или нет. Ни-ко-гда. Это знание ничего не поменяет, только взрастит между нами новую пропасть. Он мне родной — и точка!
— Уходи, — успокоившись, попросил Саша. — Я хочу спать.
— Ты точно в порядке?
— Да. Завтра отведешь меня к маме, — строгий голос, напряженные плечи, взгляд испуганного волчонка. Я тоже такой — бескомпромиссный и твердый в своих решениях. Очень понимаю его состояние, но последние слова выбили почву из-под ног: — Я не буду с тобой жить — хочу к маме.
"Я кивнул, вытолкал свою тушу в коридор и прижался к стене. Когда получилось вдохнуть, услышал плач малышки и побежал назад, в нашу с Линой спальню.
Полчаса возился с переодеванием памперса, потом накормил дочь и еще полчаса носил ее на плече, чтобы вышел воздух. Когда она крепко уснула, посмактывая соску, уже светало. Я положил Надю в люльку и вернулся в комнату к сыну, чтобы убедиться, что все в порядке. Он спал на боку, прижав к подбородку коленки. Будто уснул сидя, а потом завалился.
— Мама вернется. Обещаю, — прошептал я и сбежал к себе.
И больше не уснул. Валялся в кровати, ходил по ковру, выглядывал в окно, наслаждался красочным и теплым утром, а когда наступило время, и все попросыпались, собрал детей и отвез их к Ангелине.
Врачи давно разрешили взять детей с собой, но я немного не решался. Все боялся, как они воспримут состояние мамы. Теперь считаю, что они имеют право знать правду.
Саша осторожно ступил в палату.
— Что с ней? Она спит?
Я кивнул.
— Устала?
Что ему ответить? Я перевел взгляд на бледное лицо жены. Она точно Ангел — только крыльев не хватает. Белая-белая. Нежная-нежная.
— Она слышит тебя, Саша, но ответить пока не сможет. Она не устала, просто немного заболела.
— Не улетит? — он подошел ближе, взял Лину за руку. — У нее ведь нет крыльев? Я не хочу, чтобы она улетела.
— Не улетит. — Я подступил с другой стороны и осторожно приложил к Лине дочурку.
— Агу… к-к-к…
— Это Надя виновата, что мама теперь болеет? — будто прошелестел сын.
— Нет, Саша, никто не виноват.
Мне стало дурно. Малышка сильно захныкала. Я потянулся к дочери, взял ее на руки и поспешил к выходу. Бросил через плечо:
— Саша, побудь с мамой немного.
