"
"Даже когда я шестилетняя сидела на жёстком стуле у палаты мамы, а отец прошел мимо, не отреагировав на мой оклик, суровый врач с сдержанной улыбкой присел на корточки, и, взяв мои ладошки в свои, сказал правду. Ещё более горькую, чем полынь на даче, и в тысячу раз болезненнее, чем скрутивший меня тем летом аппендицит.
Горечь от разжёванной на спор травы ушла, как и боль после операции, а вот сердце до сих пор ноет от одного воспоминания о неподвижном теле мамы и голубовато белой коже любимого лица.
Ей удалось сбежать от папы туда, откуда он её не вернёт.
Но мне нужно искать другой путь, ведь я отвечаю не только за себя, и я хочу жить! Я молода, красива и богата. Впереди меня точно ожидает светлое будущее… за той стеной ожидает.
Я оперлась локтями о подоконник и, вдыхая свежий воздух, задумчиво посмотрела на обнесённую колючей проволокой высокую стену. Я уже знала, что провода под напряжением. Этот путь мне не подходит. Но я не оставляла надежды спастись.
Конечно, я сразу же осмотрела окна и дверь в комнате, куда меня привели, а на прогулках незаметно примечала, что и где находится во дворе.
Ночами потихоньку составляла карту, которая, впрочем, меня отнюдь не обнадёживала. У Лютого не дом, а настоящая крепость! Убежать отсюда немыслимо…
Я сжала челюсти. Жизненно необходимо это сделать, ведь ребёнка этому уроду я отдавать не собиралась. Впрочем, его ещё нужно выносить, что сделать в плену не так просто. Я не могла спать ночами, а когда забывалась тревожным сном, то просыпалась от собственного крика.
Лютый приходил в каждый мой сон, и его уродливый шрам пугал меня ещё сильнее, чем наяву.
Огромный, с рельефным телом, мужчина мог раздавить меня одной левой. Я довольно высокая, но он на голову выше! И от зверя меня отделяла тонкая стена, которую — я уверена! — Лютый мог проломить кулаком. Как можно выносить ребёнка в постоянном стрессе? Да, надо бежать. Но у меня лишь одна попытка.
Вспоминая угрозу Лютого, я содрогалась от ужаса и омерзения.
После сорванной им свадьбы я долго лежала в больнице, восстанавливаясь. Слышала, как доктор радовался, что меня перед изнасилованием посмотрел гинеколог. Мол, гель спас меня от серьёзных повреждений, я отделалась лишь микротравмами. Только вот врач не учёл глубочайших разрывов в моей душе.
Игорь Геннадьевич отлично лечит тело, а до души и эмоций этому сдержанному человеку дела нет.
И мне стоит поучиться у семейного доктора подобному цинизму.
