Автор
В отеле я зажмурился от ветра и грохота сердца. Теперь понимаю, что это свидание — не со слушателем, а с заключенным. Глаза застилали стеклянные шрамы тюрьмы, где я встречаюсь с невинной для палача женщиной. Волнение бьется в груди как молоток в колодце — я вижу тонкие руки и черные от сердца глаза....
Туда, где ребята уже Ясира нашли.
Охуенно.
Значит моя бедовая лапуля оказалась боевой.
Справилась.
Подхватываю девчонку на руки, чтобы унести обратно в дом. Проведу, сука, полный досмотр.
Меня трясётся от злости. Адреналин бьёт в голову желанием убивать. Разрывает яростью.
Но я стараюсь аккуратно нести Александру, чтобы не навредить.
– Боже, – всхлипывает, цепляясь за мою шею. – Я его убила. Я убийца. Я…
– Не убила, – осекаю. – Поцарапала немного.
– Правда?
– Конечно.
Даже если бы бошку ему снесла – не сказал бы ей об этом.
Поцарапала – пусть лапуля в это верит.
Остальное ей знать необязательно.
Ясир покойник в любом случае, неважно кто нажал на курок.
Хотя, лучше чтобы протянул пару часов…
И я лично занялся этим ублюдком.
Александра сжимается, когда я вношу в её дом. Хватается за меня, как за спасательный круг.
Всех сук порву.
Кто Ясира посоветовал, кто упустил, что он за другую сторону играет.
Поэтому, блядь, я и людей себе не находил никогда.
Два брата – их достаточно.
Остальных можно у друзей одолжить, охрану на пару недель.
И риск ебнул в худший момент.
По бедовой моей срикошетил.
– Всё хорошо, лапуль, всё закончилось.
Ересь несу.
Хрень полнейшую.
Но я не ебу, что говорить нужно в таких случаях.
Как успокоить девчонку, которая осиновым листом дрожит в моих руках.
Ноготками в плечи цепляется, стоит её отпустить. Сама не отстраняется, виснет.
– Давай, надо снять это с тебя, лапуль.
Пиздец, Хасанов, с тобой.
Лютейший пиздец. Если так штырит от страха за какую-то девку.
И с пиздеца этого уже не выбраться."
"Опускаю лапулю в душевую кабину, сам ступаю следом. Стягиваю с неё липкое платье, отшвыриваю подальше.
В глазах темнеет, когда замечаю несколько синяков. Свежих, только темнеть начинает.
Хочется разорвать одного уебка.
Крови его хочется.
Но ран нет. Выдыхаю. Пара царапин, синяки.
И испуганный взгляд.
Ничего, с этим можно работать.
Это пустяки.
Сука.
Бедовая, ты же меня раньше времени в могилу сведёшь.
Сделаешь то, что у других годами не получалось.
– Я не хотела, – шепчет. – Я никогда бы… Но он напал. Он хотел… Я защищалась. Я бы никогда! Я не думала, что смогу… Это же насилие. Убийство. А я…
– Ты не убила, – повторяю.
Вспоминаю давний разговор в бассейне.
Как одна смелая девчонка заявляла, что никогда не отнимет чужую жизнь.
Даже ради собственного спасения.
