Автор
В отеле я зажмурился от ветра и грохота сердца. Теперь понимаю, что это свидание — не со слушателем, а с заключенным. Глаза застилали стеклянные шрамы тюрьмы, где я встречаюсь с невинной для палача женщиной. Волнение бьется в груди как молоток в колодце — я вижу тонкие руки и черные от сердца глаза....
Вздрагиваю, когда пальцы зарываются в мои волосы. Тянут, наматывают пряди.
Фиксируют на месте, позволяя целовать меня так, как хочет Палач. Снова он берет. Жестко, грубо. Не церемонясь. Не отдает мне контроль, хотя сам о другом говорил.
Кто-то словно разбросал угольки внутри. Они тлеют, прожигают. Вспыхивают в момент, когда Палач подтягивает меня выше. Проезжаюсь по нему грудью, моё бедро оказывается между мускулистых ног.
Чувствую, как в его паху что-то нарастает. Упирается всей длиной. Убивает моё сознание размерами, которые спрятаны под одеждой.
Меня им…
Настолько теряюсь, что даже не замечаю, как отвечаю Валиду. На автомате, распахиваю губы шире. Позволяю нашим языкам столкнуться. Обменяться жаром, вкусом.
– Хреново целуешься, – мужчина рычит, а сам от меня не отрывается. – Пока на троечку.
– По… – глотаю воздух, проталкиваю его в лёгкие. Их сжимает, в пыль стирает. Задыхаюсь. – По пятибалльной системе?
– По двенадцати, бля. Ничего, научу тебя правильно свой рот использовать.
– Конфетка?
В голове шумит, мысли напоминают спутанные нити. Не разобрать, только рвать. Новое обращение сбивает с толку. Я уже к «лапуле» привыкать начала…
– Сладкая ты, Александра, – хмыкает, пальцами обхватывая мою шею. Слегка царапает ногтями кожу, а у меня в животе всё в булыжник превращается. Тянет на дно. – И послушная, что самое главное. Проверим, будешь ли с таким же энтузиазмом на мой хуй опускаться?
– Я не…
– Будешь, – сам себе отвечает.
– Простите, – пищу, чувствуя, как мужчина дергается подо мной. – Я не хотела. Нас снова подбросило…
И я заехала коленом в пах Палача.
Есть ли причина смерти глупее, чем эта? Ударить по яйцам опасного преступника…
Но я не виновата! Машину трясет на ухабах, нас качает из стороны в сторону. И в какой-то момент всё пошло не так. Мое колено оказалось не в том месте. Прижималось к стояку мужчины, а после ударило по нему же со всей силы.
– Простите, – лепечу, выдавливая слова. – Простите, пожалуйста. Я случайно…
Очень случайно. Так же случайно и удачно, как меня отправили на это интервью в последний момент. Просто так. Без каких-либо тайных мотивов. Совпало, ага.
Только лучше Палачу об этом не говорить.
Мужчина матерится, прекращая меня лапать. А я сильнее прижимаюсь к нему. Будто тогда он ничего мне не сделает. По крайне мере, сложно свернуть шею, когда она вжата в шею Валида.
– Простите.
