Невинная для волчьей стаи - это драматический роман о четырех молодых девушках, оказавшихся в опасной ситуации под командованием жестокого и контролирующего Марка. Власть над ними неотвратима, но они способны на безумные поступки для спасения — создавая шаткую формулу между слабостью и мужеством в условиях беспощадного принуждения....
Он смотрел на меня не отрываясь, в его взгляде было что-то… запредельное, бесконечное, вечное…
Мне хотелось, чтобы это было вечным.
Мы были соединены полностью. Стали одним.
Я попробовала сжать внутренние мышцы — мне было нужно, чтобы ему было хорошо со мной, я сделала это — через боль, к удовольствию.
— Детка… Я теряю себя в тебе. Я не знаю, что со мной. Никогда не знал, что бывает так.
— И я не знала.
— Я никому тебя не отдам. Всегда будешь со мной! С нами!
Я всхлипнула. Почему-то именно в этот момент я почувствовала такую безысходность.
Вдруг в голове моей словно кто-то острым лезвием вырезал — это ваш последний раз.
Больше такого не будет. Ты не станешь их женой. Не станешь их женщиной. Потому, что не станешь волчицей.
Этому не бывать никогда. А никогда — это так долго…
Но в то же время я неожиданно почувствовала такие силы внутри! Мне хотелось бороться! Зубами выгрызть возможность быть любимой ими!
Плевать на природу и законы! На все плевать! Хочу принадлежать им! Хочу, чтобы они принадлежали мне! Хочу забыть о том, что невозможно!
Им нужна волчица? Им нужно потомство? Они должны быть стаей?
Они никому ничего не должны — только мне! И плевать на все законы!
— Мия! Ты моя! Слышишь! Наша!
Я слушала его горячий шепот, слова любви, которые обжигающим, пряным бальзамом обволакивали меня.
Да! Я верила в это! Я готова была бороться за них!
— Я твоя! Я ваша! Даже если я не волчица!
Его плоть во мне казалась раскаленным стержнем, который пронзает внутренности.
— Я Альфа Белых! Если я сказал, что ты будешь моей, значит так тому и быть!
Говоря это, он начал двигаться, впечатывая меня в матрас."
"Я всхлипнула, и закусила губу, пытаясь сдержать крик. Он прижал меня сильнее, захватив в плен мой рот. Поцелуй был жадным, неистовым, но в то же время нежным, он словно пытался напиться мной. И я тоже припала к его губам, как умирающая от жажды. Я ощущала давление, толщину его плоти в моей, пыталась удерживать его внутри, обнимать каждым миллиметром лона, сжимать пульсирующее естество.
Его движения стали резче, жестче, мне было больно, но я готова была терпеть, понимая, что скоро провалюсь или воспарю. Каждой клеточкой я срасталась с ним, чувствуя, как кипит его кровь, я могла вести обратный отсчет, точно зная, когда он выплеснет в меня всю свою мощь.
Марк зарычал, опустил голову на мое плечо, прикусив зубами.
