Автор
Илана, ошеломленная внезапной сценой, подскакивает на заднем сидении автомобиля. Дмитрий, обычно спокойный водитель, резко крутит руль, и машина падает в сторону. Улица освещается пасмурным осенним днем, а Илана теряется в движущихся образах деревьев — мир вокруг завораживающе меняется, и она не знает, что происходит дальше....
Через край расплескиватся горем.
От слез вижу ничего. Отец не мог сказать мне такого…Не мог!
Чувствую, как ноги перестают меня держать, и я опускаюсь на пол. Я бы так и свалилась на холодную плитку, однако чьи-то сильные руки подхватывают меня, не давая упасть.
Это Волк. Я даже не заметила, когда он подошел сзади. Он все видел. Видел, как я звонила отцу. Видел, как взяла телефон и хотела спастись. Он накажет теперь меня, накажет за это!
Дышать становиться труднее. Из груди вырывается предательский кашель, заставляя быстре хватать ртом воздух.
Я не ожидала его увидеть, и теперь сильно испугалась. Его руки обжигают меня. Кажется, я превращусь в пепел от одного только его прикосновения. Прямо сейчас.
Мне становится плохо. Перед глазами все темнеет.
– Илана! Блядь, тихо, спокойно!
Из-за застилающих глаза слез вижу только очертания предметов и чувствую, как мужчина подхватывает меня, не давая упасть. Он крепко держит меня за талию, к себе прижимая.
Сейчас Волк может делать со мной, все что захочет. У меня даже сил сопротивляться не будет.
Разговор с отцом просто добивает. У меня нет больше шанса спастись из лап зверя, который ненавидит меня каждой клеткой своего тела. У меня нет надежды. Никакой.
– Отец…Он отрекся от меня. Он сказал, что я… больше не дочь ему. Чтобы я не звонила. Он не приедет за мной! Он даже не ищет меня.
Руки сами говорят за меня и мне все равно, что Роман сейчас видит это. Он ведь и так меня накажет. А может и убьет. Он ведь этого хочет, так? Этого…Да какая теперь разница.
Поднимаю голову и вижу, как мужчина смотрит на меня. Он злиться.
Содрогаюсь в рыданиях. В груди все горит огнем. Отец не хочет, чтобы я жила, не хочет увидеть своего внука! Зачем мне тогда жить! Господи.
От истерики меня всю дико колотит, я закрываю лицо руками, но в один момент мужчина просто обнимает меня.
Сама не замечаю, как принимаю эту крошку ласки, утыкаясь носом в широкую грудь Романа, обхватывая его руками за широкую спину. Сжимаю его рубашку. До боли. До скрипа в пальцах. Сквозь слезы вдыхаю такой чужой, но невероятно сильный аромат. Его. Зверя мужской запах.
Мне невыносимо больно в этот момент. Я теперь ничего не понимаю. Я не знаю, кто мой враг, а кто родной человек.
