Я сидела в машине, опустошённая после пятой неудачной попытки ЭКО. Екатерина Станиславовна, репродуктолог, говорил со словами врача: "Попытка не удалась", и каждый повторялся как приговор. В этот момент в моей голове возникла ненужная мысль — о том, что может стать невинной вдовой императора. Такое чудо могло изменить всё....
Кэтти послушно распахнула веки и, закусив нижнюю губу, наблюдала, как я не спеша снимаю рубашку, потом брюки и кальсоны. Девушка томно облизала губы, не отрывая взгляда от меня. Значит, её впечатлили мои мышцы и возбуждённый член. Смелая девственница мне досталась, не такая она скромняжка, как я думал, даже щёки у неё не порозовели.
— Иди ко мне, ночная фиалка, — и я снова навис над Кэтти, целуя её пересохшие губы. Нежные прохладные ладони скользнули по моей спине и обвили шею, прижимая меня к девичьей груди.
Мой член подрагивал и рвался в бой, но мне вдруг стало не по себе из-за того, что я причиню девушке боль. Почему-то меня волновало то, какое впечатление я оставлю у этой малышки, что так самозабвенно отдавалась страсти.
— Бенедикт, я хочу тебя, — горячо прошептала она в мои губы и заёрзала нетерпеливо подо мной. — Сейчас…
— Хорошо, ночная фиалка, — улыбнулся я и медленно вошёл в узкое лоно, толкаясь аккуратно внутрь.
Кэтти ахнула, закрыв глаза, и закусила губу. Я остановился и уткнулся носом в тонкую шею, чтобы не видеть, как она скривилась от боли.
Потом я прильнул к её губам, которые горели от поцелуев и покусываний. Кэтти страстно отвечала на ласки моего языка и начала шевелить бёдрами, чтобы мой член глубже вошёл в её лоно. Я поддался этому призыву и тоже стал не спеша двигаться, аккуратно толкаясь в неё. На спине проступила испарина от напряжения в мышцах, по коже побежали мурашки от ворвавшегося в спальню прохладного ветерка.
Наше дыхание стало рваным и частым, одно на двоих.
Внутри росло томительное напряжение. Толчки стали быстрее и глубже, приближая меня к пику наслаждения, и когда я грубо вжал Кэтти в постель, наступила долгожданная разрядка.
— Боги, ты просто невероятная, Кэтти, — честно признался я, приходя в себя после бурного оргазма. И только сейчас понял, что мой член заполнил девичье лоно горячим семенем.
