Автор
В зале клуба вдруг начинается танец — ты становишься частью этого непростого наркотического сознания. Ты не можешь отстраниться, чувствуя толпу и ритмы, как будто они уже стали тебе родными. Но в глубине души знаешь, что это лишь косточкой для позора отца. В этот момент ты встречаешься взглядом с тем, кто предложил тебя в этом месте....
"
"– Что он там говорил про окна?
Отец называет меня барашком. Не любя и не мило, и больше бы подошло определение бык, если бы я родилась, как он и мечтал, пацаном. Причина появления подобного прозвища вовсе не в кудрях, которых мне так и не досталось от мамы. Просто я упрямая, как названное животное, но мелкая. Метр шестьдесят, плюс ещё десяток сантиметров, если нацеплю свои любимые туфли. Рогов нет, но они мне и не нужны, чтобы упереться на чём-то своём и не уступать. Вот и сейчас я намеревалась добиться свободы.
Пытаться спуститься с третьего этажа даже не рассчитывала, но намеревалась привлечь внимание. Витражное окно оказалось настоящим произведением искусства, изображающим танцующих на лугу дев, выполненных с такой точностью и любовью к деталям, что казалось, красавицы выпрыгнут ко мне и примутся приплясывать. Так что бросать в окно своё орудие массового поражения в лице девы с посохом казалось кощунственным, но необходимым. Смахнув невидимую слезу со щеки, я замахнулась и что есть силы швырнула статуэтку.
Обычно я не отличаюсь высоким уровнем реакции, предпочитая активным спортивным играм обычный бег, а в хобби у меня числятся вязание макраме и чтение. Но на этот раз любовь к жизни придала мне способности зайца, не иначе. Потому что я юркнула в сторону в секунду, а ещё через мгновение вскочила на кровать, обхватив руками резной столб, удерживающий балдахин.
Несколько минут я рассматривала погром в комнате, а потом обратила взгляд к двери, замок которой так приятно щёлкнул.
– Что за шум? – ворчливым старческим голосом вопросил он… или она.
– Мамочки, – выдала я и начала медленно отползать назад.
