В темных улочках подворотни сочного вечера тыкнулся невольнику черный силуэт — знак зловещей опасности в беззащитной руке девушки, скрывшейся за краем стены. Страх и решимость взмыслили на воздух, предвещая ужасные дни любви, в которые она окажется центром интересов монстров....
"
"— Ты будешь голая, — прошептал лунный, подхватывая пальцами мой подбородок и уводя к себе за поцелуем.
На шее с легкостью расстегнулся замочек обода, и две половинки полотна рухнули вниз, больше не скрывая грудь, просившуюся в чужую ладонь.
Дракон целовал неторопливо, с чувством, но я все равно терялась, не чувствуя, как ткань верха плавно стекает с тела, снимая с меня броню. Тайрос тоже не спешил, щелкнув пряжкой пояса, и дышать стало легче, словно оголенная кожа впитывала воздух через поры.
Мне пришлось на секунду приподняться, чтобы обсидиановый неуловимым рывком отбросил уже ненужный наряд в сторону, не оставив на мне ничего, кроме своего жадного взгляда, который я ощущала спиной.
Между лопаток опустилась ладонь, своим жаром согревая все изнутри, и губы Кирраса в ту же секунду стали слаще меда, погружая меня в бессознательный экстаз. Я просто расслабилась, позволяя им все, чего бы они захотели, а драконы не торопились, изучая меня с головы до ног.
— Ты так красива, — прошептал лунный, без стеснения разглядывая мою грудь.
Мужская ладонь накрыла мягкую вершинку и болезненно-медленно погладила затвердевший сосок. Хотелось зашипеть от жадности по его касанию, но я только выдохнула, поднимая голову и подставляя шею под поцелуй.
— Ноги, Ханнари, — рыкнул Тайрос и легко развел мои колени в стороны, сам же опустился за спиной, обхватывая талию сильной рукой. — Сперва ты должна намокнуть.
Предупреждающий шепот и горячее дыхание в плечо дополнилось скользнувшими со спины пальцами.
От одного этого прикосновения захотелось свести ноги обратно, но я только вздохнула, позволяя дракону изучать себя, доверившись его страсти.
Подушечки скользили по влажной коже, размазав влагу, и принялись рисовать круги, задевая пульсирующий бугорок в их вершинке. Широко разведенные и согнутые в коленях ноги дрожали от требовательного желания их свести, но я терпела, с каждой секундой чувствуя все острее, что необходимо развести их как можно шире, чтобы ласка не заканчивалась.
Взгляд Кирраса изучал мое лицо, но плавно переместился вниз, наблюдая с хищной завистью за пальцами обсидианового дракона, скользящими все увереннее и плавнее. Сгорая под этим взглядом, я повела бедрами, не зная, чего хочу, и Тайрос за спиной зашипел.
— Тише, Ханнари. Не торопись.
