В темных улочках подворотни сочного вечера тыкнулся невольнику черный силуэт — знак зловещей опасности в беззащитной руке девушки, скрывшейся за краем стены. Страх и решимость взмыслили на воздух, предвещая ужасные дни любви, в которые она окажется центром интересов монстров....
— Аа-а-а… — на одной ноте протянул он, и в горло горячим потоком выплеснулась жидкость, даже не дав мне ее толком ощутить. — Черт, Ханнари!
Я просто дышала, не зная, что делать, и удивленно таращась на дракона, который вздрагивал уже меньше и устало опустил лицо вниз, вновь покрываясь сеткой огненного мерцания.
Серые глаза распахнулись неожиданно. Дернувшиеся на щеках желваки стали предзнаменованием следующего откровенного вопроса.
— Проглотила?
Не сразу поняв, о чем он, коротко кивнула, выпуская плоть Тайроса изо рта.
Вдох-выдох… Как грудь дрожит… Вдох-выдох… Сердце стучит о ребра…
Что же я сделала? Нет, другой вопрос! Как?! Как у меня получилось?!
Медленно, словно хищник, дракон опустился на корточки, вынуждая меня неотрывно смотреть ему в глаза, пытаясь смочить языком враз пересохшие губы."
"— Ночью я рассчитаюсь с тобой за это, — прозвучало как угроза, но у меня иррационально заныла грудь, ждущая и жаждущая обещанной ласки. — Я сделаю все, чтобы завтра ты не смогла даже подняться с кровати, — шептал он мне прямо в губы, напоминая, что расставание не за горами.
— Только сегодня, — прошептала, чувствуя, как задрожали губы, и колючая влага в глазах уколола нос. — У нас есть только сегодня, Тайрос. Мне жаль, но сказки живут лишь в книгах.
Он не отвечал.
Просто смотрел на меня с задумчивой мрачной тенью в глазах, поглаживая подушечкой большого пальца щеку.
— Иди к Киррасу.
— А ты?
— Мне нужно… проветриться. Я ненадолго, золото моей души, — нежный поцелуй в лоб, и дракон поднялся на ноги, спеша к выходу и по пути подхватывая разбросанную одежду.
— Тайрос?..
Но, быстро застегнув штаны, обсидиановый уже покинул дом, на ходу расправляя крылья и не услышав моего хриплого голоса, просящего ответов.
Так немного времени, а он ушел, лишая нас остатков минут перед последней ночью вместе.
Глава 43
— Эй, что такое?
Заметив мое мрачное выражение лица, спросил Киррас, обернувшийся на тихие шаги у лестницы.
Объяснять не хотелось.
