Автор
В темном зале невидимых свечей, женщина медленно надевает на шею кинжал с роскошной отделкой. Зеркальное стекло золотого шнура остается безналичным — признаком вечности, которую она готова принять за взамонопole. Кровавые тени скользят по её лицу, создавая мрачную атмосферу загадочного и изощрённого самопожертвования....
И любила своего мужа. И была любима.
— Кем? — взвился Джеймс. — Каким-то смазливым ренегатом-отступником неизвестного происхождения. Жасмин, нельзя позволить ей самой растить ребенка, посыпаются неуместные и нескромные расспросы. Ответить на них мы не можем. Да и какой мужчина возьмет в жены девушку с ребенком? Мы говорили всем, что она гостит в Англии и Франции, а потом поехала к моей матери в Италию. Хорошо, что матушка приехала вместе с ней, — это подтвердит наши слова. Но как объяснить ее беременность? Откуда вдруг взялся ребенок? Я не позволю ей играть своей жизнью, и это мое последнее слово.
— Но что же в таком случае делать? — вздохнула герцогиня.
— Нужно отправить ее в А-Куил, прежде чем ее состояние станет очевидным, а до этого уже недалеко. Придумаем какой-нибудь убедительный предлог для ее поездки. Скажем, что она отправилась в Эдинбург, навестить родственников. Когда родится ребенок, отдадим его на воспитание, в семью какого-нибудь арендатора. Не здесь, конечно, а в Ситеане или Грейхевне.
— Ах, Джемми, твоими бы устами да мед пить! Но ты многого не учитываешь. Что будет, если муж Индии обнаружит, что она давно не девушка? И неужели ты думаешь, что моя дочь так легко откажется от своего малыша? Моему отцу пришлось одурманить маму сонным зельем, чтобы забрать меня, и она ему этого не простила.
— Если посмеешь сделать это, я никогда тебе не прощу, — пригрозила Жасмин.
— Пойми же, я желаю Индии добра! Если бы ты с самого начала позволила мне найти ей мужа, вместо того чтобы сквозь пальцы смотреть на ее поведение, мы не попали бы в такую беду! Теперь я поступлю, как считаю нужным!
— Что с ним случилось? — пожаловалась Жасмин свекрови.
— Нельзя допустить, чтобы эта история разрушила твой брак и уничтожила семью, — мудро посоветовала Кат. — Я понимаю, что дочь дорога тебе, но и Джемми ты любишь. Индия выбрала свой путь и должна сама пройти его с начала до конца. Ты не можешь всю жизнь прятать ее под юбкой.
— Значит, вы согласны с Джемми?
— Вовсе нет, но я слишком хорошо знаю Джемми, как, впрочем, и ты. Его просто нельзя заставить сделать что-то против воли.
