Автор
В темном зале невидимых свечей, женщина медленно надевает на шею кинжал с роскошной отделкой. Зеркальное стекло золотого шнура остается безналичным — признаком вечности, которую она готова принять за взамонопole. Кровавые тени скользят по её лицу, создавая мрачную атмосферу загадочного и изощрённого самопожертвования....
— Существует только один султан, — пояснила Кат. — Турецкий.
— И как там было? Чудесно или ужасно? — блестя глазами, расспрашивала Индия.
— По-всякому. — Кат пожала плечами.
— Индия! — прошипела Жасмин, возмущенная неприличным поведением дочери. Ах эта Индия! Упряма, как сто мулов, и вечно стремится настоять на своем!
— А моя мама тоже выросла в гареме, — продолжала Индия.
— Неужели? — охнула в свою очередь заинтригованная Кат.
— Мой отец из индийской династии Великих Моголов, — пояснила Жасмин, — а мать — англичанка.
— Я помню вашу мать, — обрадовалась Кат. — Ее зовут Велвет! Она гостила у нас в Эрмитедже много лет назад. Но ты не слишком на нее похожа!
— Верно. Скорее, одновременно на бабушку с материнской стороны и на отца.
Да, вероятно, именно этим объясняется восточный разрез бирюзовых глаз и золотистый оттенок кожи. Леди Стюарт-Хепберн перевела взгляд на дерзкую девушку. Сливочно-белая кожа, волосы цвета воронова крыла с синеватым отливом, но откуда такие глаза? Совсем как у кошки.
Пожилая женщина уселась в кресло у камина. Апрель во Франции — довольно холодный месяц.
Суматоха, вызванная приездом гостьи, постепенно улеглась. Взрослые устроились на диванах и стульях. Дети увлеклись играми.
— Сколько лет Индии? — осведомилась Катриона.
— Исполнится семнадцать в конце июня, — ответила Жасмин, уже предугадывая следующий вопрос.
— — И до сих пор не замужем? Жасмин покачала головой.
— Помолвлена?
— Нет, мадам.
— Вам следовало бы поскорее пристроить дочь, иначе до беды недалеко. Девушка вполне созрела для брачной постели и того гляди попадет в старые девы.
— Индия просто не встретила подходящего мужчину, — засмеялся Джеймс. — Я хочу, чтобы мои девочки вышли замуж по любви. Пусть берут пример с меня. На свете нет человека счастливее.
— Мэм обручила меня с твоим отцом, когда мне было четыре, и мы поженились за несколько минут до твоего рождения, ровно через двенадцать лет, — заметила леди Стюарт-Хепберн.
— Но ты страстно и беспредельно любила лорда Босуэлла, — напомнил герцог Гленкирк. — Кроме того, твой первый брак был заключен сорок семь лет назад. С тех пор времена изменились.
