Автор
В темной спальне с плотно зашторенными окнами ты лежишь безмятежно, обволакиваемый мягким пледом. Гордей сидит рядом в кресле, его голова отяжелела на спинке. Атмосфера напряженности и тайны окутывает пространство, словно заключая тебя в невеселую загадку.
— А ты пошла в журналистику по призванию или ради хайпа?
— Назло, — сообщаю я ему, играя бровями.
— Даже неудивительно.
— Бабушка хотела, чтобы я пошла по ее стопам. И пророчила мне великое будущее балерины. Меня с трёх лет таскали на ненавистные танцы, студии балета и прочее. Я настолько всё это возненавидела, что бросила, как только подросла и смогла сказать «нет». Нет, если бы там были современные танцы или, в крайнем случае, спортивные, может, я бы и увлеклась. Но бабушка категорически это всё критиковала и не принимала.
Я уже не ем, только пью. Вино хорошее, пьётся легко, и моя цель напиться медленно, но верно движется к финалу.
Покручиваю пустой бокал, наблюдая, как Гордей сам убирает со стола. Не дождавшись его хваленой галантности, сама беру бутылку и выливаю себе остатки вина.
— Не много?
— Мало. Хочется хоть на вечер забыть, где я и с кем, — грустно вздыхаю я.
— Ну чем бы дитя ни тешилось. Надеюсь, пьяная ты не буйная, — ухмыляется и достает еще бутылку, открывая ее.
— Ну что ты. Я милашка, когда выпью, — лгу, конечно.
Он же не знает, что я много не пью, потому что, когда пьяная, дурная на всю голову.
Беру свой бокал, спрыгиваю с высокого стула и плыву в гостиную. Мне уже хорошо. Я легкая и веселая. Вот, оказывается, как лечится апатия. Будем знать. Сажусь на диван, поджимая под себя ноги.
Гордей идет ко мне с бутылкой вина и садится в кресло напротив. Он выпил всего бокал, а вторым просто играет, рассматривая оттенки красного в бликах стекла.
— А как твоя девушка относится к тому, что ты бандит? — выдаю я.
— У меня нет девушки, — окидывает меня нечитаемым взглядом.
— А что так? Все сбежали? — прищуриваю глаза. — Монахом живешь? Не поверю, — смеюсь, допивая очередной бокал. И плевала я сейчас на его глубокий давящий взгляд. Он вон не стеснялся похищать меня, закрыть в подвале, выламывать руки и угрожать. Что я тут должна церемониться?
— Я не сказал, что в моей жизни нет секса, — допивает свой второй бокал.
— А-а-а, ты из тех, кто предпочитает одноразовых шлюх? Попользовался и выкинул? Ну да, в твоем духе, — пренебрежительно цокаю.
Я уже говорила, что, когда пьяная, дурная?
И бессмертная, похоже.
— Во-первых, у меня нет желания заводить долгосрочные отношения. Мне это неинтересно. Во-вторых, не каждая девушка вывезет мои… — задумывается. — Скажем так, предпочтения.
— О-о-о, — прикрываю губы пальцами.
