Автор
В темной спальне с плотно зашторенными окнами ты лежишь безмятежно, обволакиваемый мягким пледом. Гордей сидит рядом в кресле, его голова отяжелела на спинке. Атмосфера напряженности и тайны окутывает пространство, словно заключая тебя в невеселую загадку.
Но так и не решаются на сопротивление. — Не надо, не сопротивляйся. Мы просто сейчас отпустим ситуацию и поиграем. Мозгу иногда нужна разгрузка. Отдай мне контроль, сейчас он тебе ни к чему. Опасности нет, Таисия, я не садист. Если и будет больно, то тебе понравится, — продолжаю шептать ей в губы, чувствуя, как по собственному телу идет мелкая дрожь возбуждения. А это значит, что девочка мне подходит.
Таисия не отвечает, только судорожно выдыхает мне в губы.
Всё, она моя на эту ночь. Неудивительно, я проделывал это сотни раз, но там были натренированные шлюхи.
Отпускаю ее шею, отхожу всего на шаг и медленно, под ее пьяным взглядом и словно в трансе порхающими ресницами, снимаю кожаный ремень с джинсов.
Тая замирает, прекращая дышать, испуганно закусывая нижнюю губу.
— Дыши, Тая, всё хорошо. Контроль у меня, тебе не нужно анализировать.
Делаю петлю из ремня, подхожу к ней ближе, накидываю петлю на её шею, получая адекватную инстинктивную реакцию.
Девочка всхлипывает, распахивает глаза, цепляясь за ремень на шее, не позволяя его затянуть.
— Тихо-тихо, — глажу тыльной стороной ладони по её щеке, успокаивая.
И вот она уже не боится ремня на своей шее. Оставляю свободный край болтаться, отпуская.
— Нам кое-что мешает, — медленно расстёгиваю клёпки на груди её сарафана. Они отлетают с характерными щелчками. Всё ниже и ниже, обнажая грудь без бюстгальтера. Я уже видел Таю обнажённую, в тот день, когда привёз её сюда, но тогда не смотрел на Таю как на женщину.
Не смотрел, но отчего-то запомнил все детали. Вот эти родинки на животе, их три: одна большая и две маленькие в виде треугольника. И я провожу по ним пальцами, смотря, как подрагивает живот девочки.
