Автор
Я стояла у окна пансиона, дрожа от предчувствия. Слов на конверте сухие и тяжелые как гвозди, и дурное предчувствие окутало меня после прочтения нескольких строк знакомого почерка. Предстоящее путешествие в Дельтаун казалось еще больше приговором к одиночеству.
Я почувствовала легкое шевеление на затылке. В какой-то момент натяжение кожи на голове пропало: словно моя коса обрела свободу. Негодяй резко толкнул меня в спину и рванул с места. От неожиданности я едва успела подставить ладони, чтобы не впечататься лицом в землю. Почти сразу же на помощь пришла крепкая мужская рука, ухватившая меня под локоть.
— С вами все в порядке, лира Айрис? — проговорил Памир, быстро пробегая по мне оценивающим взглядом. Я лишь кивнула.
— Нет! Пустите меня! Марвел, сын мой! Его смерть будет на ваших руках! — разлетались по парку вопли Росмана, которого удерживали стражники.
Видимо, никто не собирался позволить ему уйти безнаказанным после содеянного. Со всех сторон, как по сигналу, стали появляться охранники, служившие у Тонли. Сложилось впечатление, что все это было подстроено. Неужели Росмана ловили на живца? В сердце закралась обида… Интересно, мой муж догадывался о готовящейся операции? Знал… Уверена, знал, иначе бы не закончил так рано занятие.
Я отряхнула ладони, на которых остались зеленые следы от травы, поправила платье, пришедшее в ужасный вид, и нетвердым шагом двинулась к замку, изо всех сил сдерживая подступившие слезы. Памир не стал меня удерживать, не предложил сопроводить, а направился к своим людям.
— Грузите его в карету и поезжайте немедленно в Голдтаун. Я последую за вами, — донесся до меня звучный голос дознавателя, забравший у меня остатки самообладания, и соленые ручейки стремительно потекли по щекам.
«Неужели Памиру ни капли не жаль меня? Неужели не понимал, какой страх охватил незатуманенную часть разума, когда тело не подчинялось ему, а Росман тащил меня тем временем к забору? И почему именно туда?» — мысли одна за другой быстро сменялись в голове.
Стоило войти в холл, ко мне сразу же устремился бывший советник, видимо, дожидавшийся, когда все закончится.
— Дорогая моя, как ты? — его голос, в отличие от Памира, был полон тревоги и переживаний.
Муж взялся за мои запястья и стал всматриваться в лицо. Я не смогла произнести ни слова, а громко разрыдалась. Он заключил меня в объятия и начал успокаивающе гладить по спине, пока я всхлипывала.
— Прости, Айрис, что все так сложилось. Однако более удачный шанс схватить этого мерзавца вряд ли бы представился.
