Автор
Я стояла у окна пансиона, дрожа от предчувствия. Слов на конверте сухие и тяжелые как гвозди, и дурное предчувствие окутало меня после прочтения нескольких строк знакомого почерка. Предстоящее путешествие в Дельтаун казалось еще больше приговором к одиночеству.
Настроение стало хуже некуда, но мой супруг быстро заставил обо всем позабыть, гоняя по пройденным темам. Этим утром мне впервые удалось сформировать небольшой шарик огня и метнуть им в Тонли-старшего. К обеду тренировка закончилась — в любую минуту мог появиться Памир.
Хоть и не хотелось сидеть в четырех стенах, события прошлого вечера подтолкнули меня остаться в комнате. Усевшись в удобное кресло, положила на колени фолиант по кристаллам и углубилась в чтение. Когда спустя некоторое время раздался короткий стук в дверь, я крикнула: «Войдите!», уверенная, что это горничная, и вновь уставилась в книгу.
— Не помешаю вам, лира Айрис? — наконец заговорил Памир после затянувшейся паузы, в течение которой мы неотрывно смотрели друг другу в глаза, а щенок вился у его высоких сапог.
— Нет. Проходите, лэр Тонли, — мой голос, к собственному удивлению, прозвучал ровно и без надрывов, хотя в душе царил хаос.
Памир устроился в свободном кресле у окна, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. В отличие от меня, он чувствовал себя расслабленно. Усталость залегла на красивом лице: синева глаз слегка потускнела, под ними появились тени, а всегда коротко постриженные бородка и усики заметно отросли.
— Я хотел бы извиниться за те переживания, что вам довелось испытать в процессе операции по задержанию Росмана.
— Он их убивал? — спросила с замиранием сердца."
"— Можно и, так сказать. Эта история началась двенадцать лет назад, когда его сын Марвел, единственный наследник рода Росманов, заболел какой-то странной болезнью и вскоре умер. Убитая горем мать не разрешала хоронить мальчика, раздобыла где-то два парных амулета, один из которых мог вернуть к жизни мертвеца, правда, отнимая при этом ее у другого человека.
