Автор
Роман смотрит на свою братскую сестру с решимостью. Он знает, какую важную информацию ей нужно передать — иначе она может поступиться своим авторитетом в доме. Атмосфера напряженности и драмы заставляет читателей задуматься о том, что скрывается за обычной беседой близких людей....
Как же… После семи-то лет?
- Ты теперь до конца жизни будешь вспоминать мне это время?
- Ну, сам-то я вряд ли забуду, как соблазнил такую, как ты, недотрогу.
Роман не понял, что такого сказал. Почему Аглая не ответила ему какой-нибудь колкостью, как это обычно делала. Почему вдруг захлопнулась, отстранилась… И стала такой далекой, несмотря даже на то, что все еще сидела у него на коленях.
- Эй… Я что-то не то ляпнул?
- Я не недотрога, - Глаша погладила пальцами край салфетки и облизала губы.
- Будто ты недотрога, - улыбнулся Роман.
- Да… Потому что это не так. Совсем.
- Так я тебе и поверил! Ты же семь лет…"
"- О! Ты опять об этом… Поверить не могу! – Глаша вскочила и принялась убирать со столешницы оставшуюся после готовки посуду. – Чтобы ты знал, до этого я… эээ… я вела довольно активную сексуальную жизнь. Конечно, тебя это не касается, но… Я не хочу, чтобы ты думал, будто имеешь дело с…
- Недотрогой, - в который раз повторил Роман.
Аглая повела плечами:
- Здесь не о чем говорить. Просто… после смерти папы я… - Глаша пожевала губы, но так и не нашла слов.
- Пустилась во все тяжкие?
- Да. Пустилась… Словом, я не невинный цветочек, каким, наверное, могу показаться. Не хочу вводить тебя в заблуждение.
Роман хмыкнул. Он пытался представить Глашу отбитой на голову нимфеткой и не мог. Зубы сводило от неправильности этой картинки.
- У него вроде были проблемы с сердцем? – спросил Роман, обхватив Аглаю за плечи и зарываясь носом в ее растрепанные, собранные в небрежный хвостик на макушке волосы.
- Не было у него никаких проблем… Это… это я виновата.
- Ты? Да брось…
- Я, – стояла на своем Аглая. – Мало кто знает, что папа не пережил моего похищения.
- Похищения? – снова, как попугай повторил Роман, поворачивая Глашу к себе лицом.
- Да. Когда мне было семнадцать… меня похитили и несколько дней удерживали в заложниках. Тогда, я так понимаю, Кошманы делили какие-то сферы влияния, ну, и вот… Моя жизнь стала аргументом.
- Дерьмо, - Роман покачал головой и погладил нежную щеку Глаши пальцами.
- Да, собственно, ничего страшного со мной не сделали.
