Но он начинает первым. Спокойно нажимает кнопку стоп и приближается ко мне, загоняя меня в угол.
Смотрю на него снизу вверх и хлопаю глазами. Князев тем временем изучает мое лицо, сцепив зубы.
Смотрит вниз на мои ноги. Снова смотрит в глаза, раздувая ноздри.
— Эм…эм… — пытаюсь подобрать слова, комкая в руках край куртки.
— Ты что, бл*ть, забыла юбку надеть? — обманчиво спокойно шелестит он.
— А ты что, слепой? — ворчу, морщась от головной боли.
— У тебя трусы видны, — цедит он в ответ.
— Не выдумывай! — возмущаюсь я.
— Какого. Х*ра. У тебя. Выключен. Телефон? — вколачивает он мне в голову свой второй вопрос.
Все эти психи из-за телефона?
— Потеряла, — сообщаю печально.
— Потеряяяла… — тянет он.
— Да, потеряла, — настороженно повторяю я, потому что Костя поднимает руку и проводит подушечкой большого пальца по моей нижней губе.
Трет ее, но не думаю, что это поможет. Кажется, этот малиновый флер сойдет только к вечеру.
— И где же ты его потеряла? — спрашивает он, оставляя губу в покое и кладя руку на стену рядом с моей головой.
Кошусь на нее и отвечаю:
— В такси.
— Ах, в такси… — издевательским тоном молвит он, но у меня ощущение, что эта цивилизованность скоро сдуется.
— Да…в Убере… — мямлю, пока вторая его рука тянет собачку молнии на моей куртке вниз.
Он спокойно расстегивает ее и изучает верхнюю часть моего наряда. Шумно втягивает в себя воздух, и я опускаю глаза, чтобы тоже посмотреть. Между поясом юбки и краем свитера видна полоска голой кожи.
Блин. Его увитая венами ладонь одергивает свитер, после чего он просовывает палец за пояс юбки и тянет меня к себе.
— От тебя воняет, как от токсичной бочки, — брезгливо говорит он. — Ты что вчера пила?
Злюсь и толкаю его плечищи.
— А ты отойди подальше, и не будет вонять!
— Я тебе щас так отойду! — наконец-то срывается он, сверкая голубыми глазищами и приближая свое лицо к моему. — Если бы я тебя вчера нашел, у тебя бы жопа была синяя!
— Только попробуй! — ору я в нереальном возмущении, и тут же жалею об этом, потому что голова взрывается адской болью.
Закрываю глаза и не могу сдержать страдальческой гримасы."
"— Пи*ц! — разоряется Князев, хватая меня за горловину свитера. — Я тебя до пяти утра ждал в машине! Где ты была? Я чуть от страха не обосрался! Думал, тебя уже прибили где-нибудь!
Господи, ну зачем так орать. Закрываю уши руками и судорожно вздыхаю.
— Ну вот видишь, я жива-здорова… — шепчу страдальчески.
