Автор
В зале уже витают ароматы свежих лепестков и щебетание веселых гостей. Выходим мы с Ниной, готовясь к незабываемому вечеру. За пределами ресторана уже чувствуется особая теплота, наполняющая воздух легким шепотом ожидания и радости.
Только подумать не мог, что за моей спиной он проведет подобную многоходовку в угоду счетов в банке, а не моих чувств.
– Я бы все равно тебя на тот момент оттолкнула. Гончаров так сделал, потому что…
– А я бы все равно не сдался и не оставил тебя, – опять перебивает Янис. – И будь у меня выбор, то сделал бы его ещё тогда. И явно не в пользу занимаемой должности и спокойствия своей семьи.
Я с трудом сдерживаю рвущиеся наружу слова. Гнев по новой закипает внутри.
Мы заходим в дом, останавливаясь в гостиной.
– Я не хотела, чтобы в твоей семье был раздор, а ты стал изгоем. Или сел в тюрьму из-за меня и моих ошибочных действий. Ты как был импульсивный и вздорный мальчишка, так и им и остаешься. Разве это слова и поступки взрослого мужчины? Ты даже представить себе не можешь, как это быть всё время одному, когда не на кого положиться. Хочешь так же, как я? Это сейчас тебе кажется, что ты сможешь обойтись без поддержки родителей и брата, но в итоге поймёшь, как заблуждался на этот счёт.
– Если дело только в бизнесе и цифрах, то, может, и не нужно такое родство? Я полагал, Алёна, чувства как-то иначе измеряются. Разве нет?
Ян садится на диван и, приподняв лицо, наблюдает, как я отхожу к окну. Не знаю, почему мне так больно. Я действительно не хотела раздора в семье Яниса. Впрочем, как и создавать по новой кому-то проблем. Да, понимала, что Багдасаров ничего не оставит просто так.
– Я без пяти минут нищий оборванец. С боксом тоже, чувствую, придется завязать. Но с голоду не умрем, мозги, к счастью, исправно работают. У Неймана сейчас регалий поболее будет, – с насмешкой произносит Ян. – Не пожалеешь, что меня выбрала?
– Что ты опять имеешь в виду?
– Да прямо уж говорю, Алёна. С чистого листа все начинаю. По всем фронтам. Или ты думала, что я останусь мальчиком на побегушках, где моими руками будут и дальше вести бизнес, отдавать указания, как делать можно, а как нельзя? Какие-то ответвления мне уйдут, заберу пару компаний, но в остальном, не желаю иметь ничего общего с человеком, который идёт по головам других людей на пути к своему успеху.
Ладонь опять горит, как я хочу ударить Багдасарова по лицу.
