Автор
В зале уже витают ароматы свежих лепестков и щебетание веселых гостей. Выходим мы с Ниной, готовясь к незабываемому вечеру. За пределами ресторана уже чувствуется особая теплота, наполняющая воздух легким шепотом ожидания и радости.
Третьего не дано, – озвучиваю допустимые варианты. – Подробности напомнить при которых человек ко мне пришел?
– Я помню, – говорит Костя, положив руки на стол. Всегда так делает, когда начинает злиться. – И что ты надумал? В чем у меня интерес?
Отодвигаю ноутбук к середине стола, чтобы ненароком ничего не сломать. Почему-то хочется крушить все вокруг.
– Личный – маловероятно. Хотя симпатии с твоей стороны не исключены. Ты мужчина свободный и видный. Но у Шипиевой-Ковалевой тьма загонов на этот счёт.
– Угрозы в ход пошли? – предупреждающе вздыхает Гончаров, не сводя с меня утомленных глаз.
– Можно и так сказать. Если ты по другому не понимаешь.
– Рабочий у меня был интерес, Ян. Слуцкий в тюрьме, Кириянов в заднице и больше не конкурент для твоего отца, долги погашены, ты сидишь в кресле руководителя. Алёна в этом всем сыграла четыре года назад немаловажную роль. Не буду отрицать этого факта. Как и того, что она красивая, яркая девушка, которая в моем вкусе.
– Но за моей спиной ты с ней общался и ей помогал? – уточняю я, теряя самообладание.
– Алёна обратилась ко мне за помощью, когда с братом приключилась беда, ей больше не к кому было пойти на тот момент. А мне захотелось ей помочь.
– Это на тебя не похоже.
– В тот момент сыграл роль уже личный интерес.
Из последних сил пытаюсь строить конструктивный диалог. Но с каждой минутой это делать все сложнее. Особенно, когда Костя не упрощает мне задачу.
– Все-таки личный?
Гончаров усмехается и расслабленно откидывается на спинку кресла."
"– Человеческий фактор, Янис. Я не шантажировал Ковалеву, ни к чему не принуждал. Не спал с ней, не приставал, не склонял к сексу. С тобой расставаться не просил.
