Не накраситься и пойти прямо так, в домашних джинсах и старом свитере.
Чтобы в следующий раз думал, прежде чем вот так наглеть!
В следующий раз…
Но я подозревала, что Кирилл даже не обратит внимания, во что я там одета. Зато сама сгорю со стыда, куда бы он меня ни повел. Даже если в «Макдональдс».
Поэтому я вздохнула, закатила глаза, фыркнула – выразила, короче, свое отношение – и пошла переодеваться и мыть голову.
Накрасила ресницы, влезла на каблуки… передумала и сменила туфли на кроссовки. Не заслужил!
Но к тому времени как Кирилл позвонил, коротко предложив: «Спускайся!», я уже остыла и даже начала волноваться.
Может, все же туфли?
Или нет?
Или да?
Ладно!
В последний момент я еще и губы накрасила. Просто не удержалась.
Оказавшись на улице, я поняла, почему Кирилл не стал сообщать, на каком экземпляре из его коллекции роскошных авто он сегодня прибыл.
Сверкающее зеркально-бирюзовое чудовище торчало посреди дворовой парковки, затмевая собой солнечный свет. Стоящий рядом Кирилл сиял не хуже.
– Нравится? – первым делом спросил он, глядя на свою игрушку тем взглядом, который девушка, пришедшая на свидание, хотела бы ощущать на себе. – Новенькая, сегодня только забрал.
– Обалде-е-е-еть… – совершенно искренне выдохнула я.
– «Шевроле-Камаро-ZL1», шестьсот пятьдесят лошадиных сил, восемь цилиндров, до сотни за три с половиной секунды, можно выжать триста пятьдесят… Но главное – обвес… Ну и цвет! Чума, да?
– Чума, – согласилась я, посмеиваясь про себя. Мальчики никогда не взрослеют, только игрушки становятся дороже и опасней.
– Садись! – Кирилл открыл мне дверь.
Надо было все-таки надеть каблуки. В таких машинах возят самых роскошных девушек.
В нашем дворе негде было разгоняться до сотни за три с половиной секунды, но Кирилл очень постарался это сделать. Шины взвизгнули, сверкающая корма чуть не снесла куст сирени на повороте – но влившись в поток, табун в шесть сотен лошадей все-таки немного присмирел.
– А куда мы едем? – спохватилась я.
– Сюрприз! – ухмыльнулся Кирилл.
Он оглаживал руль с таким видимым наслаждением, так кайфовал в кресле водителя, с такой нежностью касался каждой мелочи в этой машине, что я не знала: то ли отвернуться и не мешать их любви, то ли позавидовать, то ли… Не знаю, что еще!
– Я не хочу в ресторан! – еще раз напомнила я.
– Правда? – Кирилл бросил на меня быстрый взгляд. Огни оранжевых фонарей бликовали на медных волосах, зажигая их огнем. – Ну ладно, значит, не будет ресторана.
Я совсем растерялась.
