Автор
В мрачном здании стационара, где Полина Аркадьевна делает первые шаги на пути к нежеланной дочери, воздух напряженно витает. Слух у нее все еще не восстановлен после длительного лечения. Лебедев Константин, ее бывший муж и отец ребенка, приходит с новой вестью, вызывающей бурные эмоции и недоумение. Полина вынуждена обнаруживать новые факты о своем будущем состоянии....
Внизу стоят подписи всех родителей, в том числе и моего мужа. Только Сережа мне ничего об этом не сказал.
* * *
Я все никак не могу успокоиться по этому вопросу. Хотя Громова уже подписала приказ.
— Полина, говори уже! Я же вижу, что тебя что-то беспокоит, — резюмирует муж, заметив мое настроение.
Я хотела, чтобы он хотя бы поужинал, а потом вываливать на него «новости».
— На следующий год мне дают класс Дарины, — произношу без эмоций и жду реакции мужа.
Но ее нет. Сережа неопределенно ведет плечами.
— Не вижу особой радости?"
"— Сережа, я буду классным руководителем у собственной дочери! — возмущаюсь, что он не замечает очевидного.
— И что в этом такого, не пойму?
— Я не хочу, чтобы на фотографиях в ее выпускном альбоме была мать.
— Полина, ты шутишь? — Муж в удивлении вскидывает брови.
— Нисколько, — вздыхаю я. Хотя дело, конечно, не только в фотографиях. — Сережа, что было на последнем собрании? — задаю вопрос.
— Подвели итоги четверти. У нашей красотки проблем нет, но это ты и сама знаешь.
— Сережа! Я не об этом!
— А о чем?
— Кто предложил мою кандидатуру на классное руководство?
— А-а, — тянет муж. — Так это…
— Только не говори, что ты… — умоляюще смотрю в красивые глаза человека, который все эти годы поддерживал меня.
— Нет. Не я, — уверяет меня он, и я выдыхаю. — Лебедев.
— Кто-о? — Я настолько поражена, что не могу сдержать эмоции.
— Полина, у нас в классе один Лебедев. Вот его отец и предложил твою кандидатуру.
— И ты согласился? — хмурюсь, отчаянно пытаясь найти объяснение.
— А что мне оставалось делать? Голосовать против? Так один голос веса не имеет. Тем более, классного руководства у тебя на следующий год пока нет, учитель ты сильный, и я смогу с чистой совестью не ходить на собрания… — Сережа с улыбкой смотрит мне в глаза. — Поэтому я тоже проголосовал «за», — добавляет мягко.
Зависаю на лучиках возле его глаз, которые появляются, когда муж улыбается.
— Сережа, я говорю совершенно серьезно, — вздыхаю.
— Полина, я тоже не смеюсь. Я не вижу никакой проблемы, — успокаивает и обнимает меня за плечи.
Проблему видела я. Лебедев. Если бы я работала только с детьми, было бы намного проще. Но работать, к сожалению, приходится еще и с родителями.
За все прошедшее время Костя ни разу специально не напомнил о себе. Словно его нет. Именно «нет», а не «не стало». Я знала, что он никуда не делся, но по крайней мере проблем он не создавал. Никаких.
