Автор
В пафосном отеле жених, почти вдвое старший, внезапно появляется, прерывая торжественный момент. Ваша невестка смотрит на него изумлено и трепещущим голосом, передаете вы текст описания книги "Неожиданная".
Я обожаю красивые ходы, обожаю удивлять людей. Люблю неожиданность.
Но в этот раз вышло по-другому. Я был не в себе. Потому что меня задело так, что выворачивало наизнанку. Больно, сука. Это было очень больно. И мне до сих пор не становится легче. Не знаю, когда отпустит. Отпустит ли вообще?
Со дня на день нужно будет решать дела с разводом. Но я не хочу. Вообще нихера не хочу. Собираю себя по кускам, возвращаюсь к работе и пытаюсь отвлечься. Только на этом и держусь.
Глотнув виски из бутылки, бездумно наблюдаю за огнём.
Я. Хочу. Ее. К себе.
Как же хочу, чтобы она была рядом. Хочу, чтобы любила меня так же, как я ее. Чтобы у нас все было по-настоящему.
Но похоже ничего настоящего в моей жизни нет. Мне сложно признаться себе, что я скучаю по человеку, который предал меня. Но это так. Чувствую себя тряпкой. Не могу собраться, не могу не думать о Нике.
Эта девочка… везде. Я пропитан ею насквозь.
— Вадим Александрович… — слышу негромкий, осторожный голос Галины и оборачиваюсь.
— Да?
Она мнется в дверях. Знаю, боится попасть под горячую руку, поэтому лишний раз не трогает меня. Но я давно остыл.
— Я хотела… спросить насчет комнаты… Вероники, — мнется женщина.
— Ники, — на автомате поправляю я.
— Что? — хмурится Галина.
— Ничего, — в голове что-то щелкает, но я не обращаю на это внимания, не смотря на то, что мне кажется, будто прямо сейчас я упускаю что-то очень важное.
— Я собираюсь убраться в ней завтра, — продолжает домработница, — но там остались вещи… Ники. Что с ними делать?
— Выброси, — отвернувшись, я откидываюсь на спинку кресла, наблюдая за бликами от огня на стенах. — Все, что там есть, выброси. Комнату запри, ключ спрячь.
— Но как же? — доносится растерянный голос Галины. — Вы действительно хотите, чтобы я его спрятала?
Я делаю ещё один глоток виски и, прикрыв глаза, ощущаю, как жжет горло.
— Спрячь или выбрось, без разницы, — велю я. — Мне не отдавай. И из моей спальни выбрось все, что связанно с моей женой. Бывшей.
— Хорошо, — вздыхает домработница.
По залу разносится тихий щелчок закрывающейся двери и я снова остаюсь один. Задумчиво глядя перед собой, пытаюсь отмотать разговор с Галиной назад, чтобы ухватить то, что упустил. Но не получается.
Может, я уже брежу? Наверное, алкоголь был лишним.
