Ритуал проходил в обстановке строгой секретности. Для всех остальных императорская семья сейчас отдыхала в Южной провинции, на берегу Облачного моря, а семья Ардер была в отпуске на востоке страны, у дальних родственников. Но вот почему все происходило именно так, обе женщины не знали.
— Думаю, на это есть причины, — мягко сказала Ари. — Успокойся, пожалуйста. Ты же знаешь, спокойствие мамы — залог спокойствия ребенка.
— Прости. Это все нервы. Третья беременность самая сложная, — вздохнула императрица и коснулась ладонью живота.
— Понимаю. Я тоже нервничаю. Но хотя бы дети в порядке."
"Ари с нежностью взглянула на солнечную макушку дочери и нацепила на косички заколочки в виде утят. Едва она это сделала, как девочка, которой недоело сидеть на одном месте, встала на ножки, крепко обняла мальчика, звонко чмокнула в щеку и со смехом вцепилась в волосы. Мальчик не отбивался — отложив книгу, мужественно терпел и вздыхал.
— Белль! — воскликнула ее мать. — А ну немедленно отпусти принца! Что же такое! Иди сюда, кому говорю!
Она поймала непослушную дочь и посадила на колени. А та капризничала и тянула руки к мальчику.
— Прости, Дар, — виновато улыбнулась женщина.
— Ничего, тетя Ари, — ответил мальчик и вздохнул. — Она же моя будущая жена. А жен надо терпеть.
— Это кто так сказал? — удивилась Ари.
— Папа. Я однажды слышал, как он сказал канцлеру… — Даррел наткнулся на пристальный взгляд матери и замолчал.
— Жен надо любить, — улыбнулась Ари и потрепала мальчика по вихрастому затылку.
— Я буду любить Белль, — пообещал тот серьезно. — Так же, как люблю маму.
— Мой хороший, — вздохнула императрица и села на диван рядом с сыном. Обняла его, прижала к себе и вздохнула.
— Элейна, — осторожно начала Ари. — Что с тобой? Ты в последнее время сама не своя. Твой муж, он…
— Все хорошо, — прервала подругу императрица.
— Ты всегда можешь со мной поделиться, — сказала Ари. — Чем угодно.
Императрица кивнула, и на этом их разговор оборвался. Открылась дверь, и жрец в черном одеянии жестом пригласил их в церемониальный зал, где уже все было готово для священного обряда.
Они молча последовали за ним по ступеням. В зале пахло пряными травами, тающим воском и — совсем едва — сырой землей, как после дождя. Сквозь стеклянный купол храма проникали косые лучи заходящего солнца. Воздух был наполнен теплом. Казалось бы, обычный летний день, однако на душе у обеих женщин было неспокойно. Но спорить с волей старого императора, что уже находился вместе с остальными мужчинами в зале, они не могли. Молча подвели детей к безмолвной статуе бога Артеса, украшенной полевыми цветами, и поклонились. А после взяли из рук молчаливого жрица две чащи с цветочной водой и напоили детей.
Ритуал брачной клятвы прошел на удивление быстро.