— Между прочим, мы теперь в Северной провинции самые завидные холостяки! Как узнали, что мы братья будущей императрицы, так отбою от девиц и свах нет! Нашу семью теперь приглашают всюду — и чиновники, и мэр, и губернатор. Все о тебе спрашивают, все о тебе говорят.
— А уж сколько у нас новых родственников объявилось, и не счесть! — подхватил Лиам. — А тебя каждая девчонка твоего возраста своей подружкой считает, Белль. У нас тебя все любят.
— Боготворят!
— Почитают!
— Но я же темная, — растерялась я. — Темных не любят. Это посторонних темных не любят, — махнул рукой Лиам. — А ты — наша. Младшие сестры Риан только о тебе и говорят, мечтают увидеться с тобой на свадьбе. Так что ты приезжай, а то мне плохо будет… Их четверо, сживут меня со свету.
— Приеду, конечно! — воскликнула я и вспомнила, как в детстве мы обещали друг другу одобрять будущие вторые половинки. Я напомнила братьям об этом, а они в один голос заверили меня, что принца они не только одобряют, но и обожают. Они воспринимали его так, как и многие жители империи — по фотокарточкам и статьям в журналах. Сильный, смелый, благородный, овеянный флером таинственности — вот каким казался Даррел. Но я их не осуждала, я сама была такой. Да и пусть думают, что Даррел — идеальный муж, не хочу, чтобы они беспокоились обо мне.
К сожалению, время, отведенное для общения, быстро закончилось. В Лавандовый чайный зал заглянула Фэйра и с милой улыбочкой сообщила, что мне пора готовиться к балу.
Бабушка снова обняла меня.
— Будь осторожно, моя девочка, — тихо заговорила она мне на ухо. — Это страшное место. Никому не доверяй. Никого к себе не приближай. Ни на кого не надейся — кроме мужа.
— Кроме мужа? — удивленно повторила я.
— Чувствую, что у тебя не все так гладко, как ты рассказывала. Да и как оно гладко может быть? Ты совсем юная, и вдруг узнала всю правду о себе, еще и невестой стала. А выйти замуж за незнакомого мужчину — что может быть хуже для неопытной девушки? Пусть он трижды принц… Только помни, Белль, даже если ты его не любишь, он будет твоим мужем. А значит, будет на твоей стороне при любых обстоятельствах — в императорской семье так принято. Поняла? Держись за него. И никому больше не доверяй. А от кузена его подальше держись.
— Ты про Эштана? — удивилась я. Бабушка нехотя кивнула.
— В газетах писали, что ты часто гуляла с Эштаном этим. Да только я газетам не верю. Вечно чушь собирают. Держись, моя девочка, и помни, что мы всегда с тобой. Мы на твоей стороне.
Мы снова обнялись по очереди, и я улыбалась, потому что знала — как только моя улыбка погаснет, появятся слезы. Плакать перед родными не хотелось.
— Если тебя будут обижать, скажи, ладно? –напоследок произнес Том и с улыбкой поправил мне волосы. — Я со всеми разберусь.