Нежеланная невеста вступит на Ночь зимнего свершения академии магии Эверлейн. Стрела старых часов уже приближается к полуночи, и лишь вы останетесь без праздника среди остальных адептов. Внутри академии мир тихий, а на улицах звезды светят позитивом любви и перемен.
— Теперь меня то и дело спрашивают, а правда ли, что она темная. Правда ли, что она действительно совершила то, о чем пишут в любой дрянной газете и говорят в каждой дешевой таверне.
Я крепко сжала зубы, но постаралась сохранить спокойствие."
"— Это неуместные слова, дорогая, — негромко, но твердо сказала императрица.
— Но это правдивые слова, мама, — голос Этель даже не дрогнул. — Ты всегда учила меня говорить правду, неужели сейчас что-то поменялось?
При этом она смотрела не на императрицу, а на меня. Все с тем же вызовом.
— Ничего не поменялось, — твердо сказала императрица. — В том числе и этикет, который ты перестала соблюдать.
— Я в кругу своей любимой семьи. Неужели для общения с тобой, мама, мне нужны правила этикета? — рассмеялась Этель. — В нашей семье вдруг из ниоткуда появляется темная, якобы наследница Черного дракона! Все вокруг только и говорят, что о ней. Разводят грязь! И это отражается на нашей семье! Мне не нравится это. Я переживаю за тебя и за папу! Неужели вы не могли выбрать для Даррела кого-то другого? Например, Еву! Чем плоха Ева? Идеальная партия! Нет, вам понадобилась эта девка!
По моим пальцам пробежал жар.
— Ваше высочество, будьте аккуратнее в своих высказываниях, — нахмурилась императрица. Ее голос стал официально-холодным.
— Конечно, ваше величество, — точно таким же тоном ответила Этель. — Я буду терпелива. Так же, как терпелив Даррел, которому на шею повесели нежеланную невесту.
— Этель, прекрати, пожалуйста, — снова вмешался принц, которому все это не нравилось.
— А ты знаешь? Тогда расскажи мне, братик! Что вы все скрываете? Ну, что? Давайте, не молчите, говорите! — потребовала Этель, все так же глядя на меня, словно ожидая чего-то. — Дар, почему твоя невеста не Ева, а темная, о которой судачит вся империя? О которой такое говорят, что волосы дыбом встают!
— Успокойся, Этель. — Даррелу не нравилось поведение сестры — я прекрасно это понимала.
— Как я могу быть спокойна, когда из-за нее наша семья может попасть под удар?
Мне хотелось отшвырнуть ее к стене, а еще лучше — в окно, однако я понимала, что не могу применять силу, и должна контролировать себя.
— Ваше высочество, перестаньте капризничать, — тихо сказала я, глядя в окно. — Мне жаль, что я вам не нравлюсь.
