В тесной спальне полыхает единственное ламповое пятно света, когда на пороге появляется мужчина с горящими глазами и вызывающим одурманивающим намеком. Я истерически хохочу в ужасе и страхе - за свою маму, маленького сынишку и самое дорогое будущее.
— Что бы я без тебя делал, Самира?
— Жил бы скучной, серой жизнью, — самодовольно ухмыляется она.
* * *Оказывается, один из моих трейдеров спелся с двумя сотрудниками бухгалтерии и проворачивал сделки за моей спиной, имея надежный тыл. Конечно, я узнал бы об этом, если сам занялся проверкой, как тот же Тагиров, но у меня в подчинении десятки сотрудников и целая тьма каждодневной рутинной и не только, работы, чтобы проверять каждого. Пришлось уволить так же и «менеджера», которого я нанял именно для этой работы, чтобы он был моими ушами и глазами.
А он, кстати, не заставил себя долго ждать. Явился в мой офис самолично, в пятницу вечером.
— Добрый вечер, Булат Арсланович! — как всегда приветливо принимаю я его, решив доиграть свою роль до конца.
— Здравствуй, Мурад, — усмехается он, делая знак своей охране, чтобы подождали снаружи и садясь в кресло для посетителей.
— Благодарю вас. Отрадно слышать.
Старик наблюдает за мной цепким взглядом, слегка поглаживая набалдашник своей трости, и кивает самому себе.
— Ты совершил огромную ошибку, отказав мне, Мурад, — переходит он к делу.
— Я отказал не вам, а вашей дочери, — поправляю я его.
— Это одно и то же, — рявкает старик, теряя терпение.
— У вас уже есть помощник — ваш сын, — напоминаю я.
— Но у моего сына нет твоего тестя и его связей, — раскрывает карты Тагиров. — Ты хоть понимаешь, чего мы смогли бы достичь, откройся нам доступ в республику?
— Нет и не хочу, — говорю прямо. — Я доволен тем, что у меня есть, Булат Арсланович. И я не раз уже говорил вам, что не заинтересован в вашем побочном бизнесе.
— Идиот! Теперь у тебя не будет ни того, ни другого, — с каким-то удовольствием заявляет он. — Ты больше никогда не сможешь работать в этом городе, Мурад. Ни только в моей компании, но и в других. Я сегодня же жду от тебя приказ об отставке.
— Как пожелаете, — не спешу доставлять ему радость, показывая реакцию, которой он ждал.
Мое спокойствие выводит его из себя и я уже тот, кто наслаждается происходящим.
