В тесной спальне полыхает единственное ламповое пятно света, когда на пороге появляется мужчина с горящими глазами и вызывающим одурманивающим намеком. Я истерически хохочу в ужасе и страхе - за свою маму, маленького сынишку и самое дорогое будущее.
Конечно, деньги на это уходили немалые, но я всегда умела уговаривать папу, в отличие от нее, вот она и бесилась.
— Ой, очень мне нужно лазить в твоей гардеробной! — фыркает она, но по ее бегающим глазкам я понимаю, что оказалась права.
Вот ведь гадина! Мне эти наряды ни к чему теперь, но я бы лучше сама их подарила своим многочисленным кузинам, чем эта стерва раздала бы все своей такой же стервозной племяннице.
— А вообще, это даже правильно, — притворно вздыхает Азиза. — Учитывая, в какую семью ты выходишь замуж, праздновать нам нечего.
— И что это значит? — сердито спрашиваю я.
— Да ладно тебе, Мира! Твой муж раньше был таксистом. Подумать только — таксистом! Не будь ты порченным товаром, то он даже на порог нашего дома не ступил бы. Кто вообще его предки и родственники? Какие— то нищие без роду и племени.
Меня колотит от ее снобизма, потому что я знакома не только с мамой, но и с несколькими ближайшими родственниками Мурада, и, все они люди достойные и порядочные.
— Не тебе говорить о происхождении, Азиза, — считаю своим долгом напомнить ей кто она. — Когда ты выходила замуж за моего отца, твои родители были более нищими, чем этот таксист когда— либо. А что касается порченного товара, то в этом доме он только один. Или ты думаешь, что моя мать не рассказала мне о том, что перед тем, как выйти замуж за папу, ты была его любовницей? Лицемерка!"
"— Ах ты дрянь! — визжит она во всю глотку, пока ее лицо покрывается уродливыми красными пятнами.
— Его уже ничего не может удивить, так что рассказывай. И вообще, иди ты к черту, Азиза!
Я ухожу, игнорируя ее дальнейшие крики возмущения, громко хлопая за собой дверью, но в коридоре неожиданно сталкиваюсь нос к носу со своей кузиной Лейлой.
— Ляля?! — не могу поверить своим глазам. — Что ты здесь делаешь?
— Вчера приехала, — говорит она, с опаской косясь на дверь кухни.
— А ну— ка пойдем ко мне, — тяну ее за локоток к лестнице, спеша побыстрее убраться от мачехи. — Ты не говорила мне, что собираешься приехать, предательница! Мы ведь только позавчера созванивались.
— Ты тоже не говорила, что собираешься замуж за Мурада, — язвительно говорит Ляля и я мысленно чертыхаюсь, потому что вообще не хотела это с ней обсуждать.
Видимо, нам обеим есть что рассказать друг другу.
