В тесной спальне полыхает единственное ламповое пятно света, когда на пороге появляется мужчина с горящими глазами и вызывающим одурманивающим намеком. Я истерически хохочу в ужасе и страхе - за свою маму, маленького сынишку и самое дорогое будущее.
Мы быстро заканчиваем с формальностями, обменявшись приветствиями и познакомившись с Зариной, после чего она садится рядом со мной, с благоговением на лице беря за ладошку Амира, устроившегося на моих коленях.
— Какой он уже большой, — умиляясь, шепчет она. — Привет, Амирчик! Ты меня не помнишь, но когда-то мы с тобой довольно часто виделись.
Пельмеш улыбается, демонстрируя три своих зубика и тянет к ней ручки, явно довольный вниманием, которое ему уделяют.
— Ух ты, какой тяжелый! — удивляется Зарина, беря его на руки после моего одобрительного кивка.
— Наш педиатр меня за это уже ругала, но его невозможно посадить на диету, — усмехаюсь я. — Да, обжорка?
— Как чувствует себя тетя Разия? — вставляет слово в наше сюсюканье над малышом Максуд, тоже с любопытством посматривая на ребенка.
— Я с ней как раз разговаривала полчаса назад, — отвечаю я за Мурада, потому что чуть не забыла о словах тети. — Как только она узнала, что вы будете в гостях, велела передать, что до нашего отъезда она обязательно хочет с вами увидеться.
— Мы могли бы навестить ее в больнице, к ней ведь пускают? — оживляется Максуд.
Я думаю, его отношение к маме искреннее, потому что, даже бывая на родине, что происходило редко, он всегда навещал ее и они подолгу разговаривали. Это добавило в его копилочку несколько хороших баллов от меня, потому что раньше я была о Максуде Таймасханове не лучшего мнения, ведь слухи о нем ходили разные и чаще всего слишком скандальные для ушей молодых незамужних девушек.
— Там довольно строго с посещениями, я и для Самиры-то с трудом достал пропуск, хоть она и член семьи, — говорит ему Мурад.
— Тогда обязательно привезите ее в гости к нам после выписки, — предлагает Зарина. — Я и… Ой!
Она с удивлением приподнимает брови, когда пельмеш неожиданно опустошает свой желудок прямо на ее платье, решив срыгнуть в самый неподходящий момент.
— Так, не двигайся, — говорю я, на автомате доставая из тумбочки влажные салфетки и собирая основную массу с нее и малыша, прежде чем забрать его из ее рук.
Зарина смеется, отнесясь к ситуации на удивление легко, и мы вместе идем в ванную на первом этаже рядом с моей спальней
— Хочешь, дам тебе во что переодеться? — предлагаю я.
— Да нет, пятно небольшое, я просто застираю и само высохнет, — отказывается Зарина, открывая кран с водой.
— Хорошо, тогда я пойду, переодену этого грязнулю.
