Улыбка на лице переплетается с решительностью, когда я рассматриваю рисунок брачной татуировки на своем запястье. Оно точно так же буквально минуту назад украшало и мою ручку, но теперь я не могу себе этого позволить. Дракон важно избавляет нас от этой досадной печати — мне нужно объяснения, лорд-ректор....
Нет, похоже, одних их не оставишь. За этими энтузиастами нужен глаз да глаз.
— В следующий раз так и сделаем, — заверила я рубинового. — Кстати, у вас причёсочка растрепалась. Помочь?
Вытащила из кармана шёлковую ленту зелёного цвета.
— Зубы мне не заговаривайте, Ривз, — Бастиан провёл ладонью по голове, откидывая волосы назад.
Я проследила за этим жестом и почти услышала довольное урчание второй сущности. А ведь должна спать без задних лап, но у кого-то включился режим соблазнительницы.
— Мы постараемся осторожнее, но мусора и пыли не избежать, увы.
— Просто аккуратнее, — уже ворчливо попросил он, бросив взгляд на книги в моих руках. — «Руководство по строительству для чайников». Очень самокритично, Ривз.
— А у вас разве нет других дел? — прижала томики к груди, стараясь скрыть смущение.
Ну, не было в том магазине других книг, кто же виноват?
— Дел много. Попрошу больше не отвлекать, — совершенно неожиданно он выхватил ленту из моей руки, отвернулся и чеканным шагом направился к главному входу в академию.
Я провожала его спину широко распахнутыми глазами, поэтому не упустила его следующий жест. Он что нюхает мою ленту?!
/Бастиан/
— Она — моя, — заявил Винсент, стоило сопящей от злости Ривз покинуть кабинет.
— Что? — насмешливо приподнял бровь, глядя на друга. — С каких это пор ты интересуешься людьми?"
"Бросив взгляд на договор со строительной фирмой, я отодвинул его прочь по столешнице и поднялся с кресла, вновь мысленно обругав Ривз с её острым коленом.
Разговор с Мишель одновременно жутко разозлил и взбудоражил. Она удивила, ведь нисколько не походила на прораба. Я снова представил её перед мысленным взором. Светлые волосы вьются и спадают на точёные плечи. Серые глаза блестят задором и злорадством. Высокая, тонкая, изящная — она не представлялась на стройке. Да и руки у неё чересчур нежные для такой работы. Но её поведение выводило из себя. Она же откровенно насмехалась надо мной.
— Я расширяю горизонты, — заявил друг, возвращая меня мыслями к разговору.
Снова заняв облюбованное мной кресло, я присмотрелся к Винсенту, пытаясь понять, шутит он или говорит серьёзно.
