Вздрогнув, соскочила со стула и со всех ног побежала туда с одной мыслью:
""Калеб!""
Активировала звонок и, глядя на экран, прикусила губу от боли... Не он.
На меня смотрел пожилой седовласый мужчина. Строгий такой, немного высокомерный.
— Добрый день, — произнёс он насторожено. — Моё имя Янук Мортен. Я вижу, вы уже получили сообщение по поводу моего внука. Я бы хотел поговорить с вами о нём и
его.. .наследстве.
— Да забирайте вы всё, — кусая губу, чтобы не разреветься перед этим мужчиной, процедила я. — Мне нужен был только он.
— Неожиданно, — он знакомо приподнял бровь. — Но мне как раз ничего и не нужно. Успокойтесь и выпейте что-нибудь.
Я громко закашлялась.
— Вы больны? — вся строгость с его лица ушла. Словно слетела генеральская маска.
Я медленно покачала головой.
— Я не врач, милая девушка, но, похоже, у вас жар. Вид нездоровый.
— Пожалуйста, говорите, что вам нужно, и всё. Я не хочу показаться грубой, но я не в том состоянии, чтобы следить за своими словами.
— И всё же вам нужен врач, — и снова эти строгие нотки в голосе.
— Мне нужен мой муж... Наследство оставьте себе, что бы там ни было. Мне нужен только Калеб...
— Даллия, вас ведь так зовут? Внук много рассказывал мне о вас. Послушайте, я не вправе раскрывать рот, но вам нужно взять себя в руки и зарегистрировать Калеба на Кеплере. Нет никакого наследства, это нужно ему. И это чрезвычайно важно. Я вижу, что вы больны, но сделайте ему регу.
— Они не хотят нас регистрировать. Нас нет.
— Припугните, если нужно — позвоните юристу. Я скину вам его номер. Это тот специалист, что регистрировал ваш брак. Дайте ему поговорить с
градоначальником. Пусть припугнёт, но у Калеба должна быть регистрация и как можно скорее."
"Смысл его слов медленно дошёл до моего воспалённого сознания.
— Он жив?! Скажите, — мой голос зазвенел.
— Успокойтесь. Я сам не знаю, но это мой внук и тело не обнаружено. У нас был план и пока я придерживаюсь него, — старичок улыбнулся.
По его глазам видела — жив.
Жив он!
— Что значит не обнаружено?! Он живой, я знаю... — меня трясло от переживаний или от лихорадки. Уже сама не понимала.
— Даллия, пожалуйста, делайте всё, как я сказал. Калеб не из тех, кого так просто убить, тем более взрывом. Я ничего не знаю, как и вы, но я буду верить во внука до конца и действовать согласно нашей с ним договорённости.
— Хорошо, — я снова зашлась лающим кашлем, — если надо — доползу туда, но регистрация у него будет.
— И врач, девочка! Тебе срочно нужен доктор.
Я закивала.
— И ещё никто не должен знать, что Калеба считают мёртвым. Ни одна душа на Кеплере. Я снова кивнула.
— Сделаешь?
— Сейчас же поеду, — клятвенно заверила я деда.
— И врач обязательно!
— Если есть тут такой, — отмахнулась я.