Я смотрел на тебя, такую умненькую, целеустремлённую, серьёзную и строил планы по соблазнению. Уже тогда понял, что не отпущу. Мне никогда не везло с женщинами. Всё не то, всё не те. Ты моя, Дали, моя малышка. И прости, что я лишил тебя возможности надеть то самое белое пышное платье, о котором мечтают все женщины.
Смущённая донельзя, я прикусила губу.
— Нет, Даллия, не полезу я сейчас в постель. Пока тебя спящую растирал, думал, в окно выйду от возбуждения. Но есть вариант: я заворачиваю тебя в одеялко и несу на кухню.
— Да, — закивала, приподнимаясь на локтях. — Я лучше посижу там с тобой.
— Чувствуешь себя нормально для этого?
— Да, Калеб, всё хорошо.
Через пару минут я уже сидела в кухне и наблюдала, как он топит печь.
Дверь в комнату девочек скрипнула, и показались наши цветочки.
Началась привычная возня, с улыбкой я подмечала, как у них всё слаженно готовится. Калеб так легко вписался в нашу маленькую семью, словно был в ней всегда.
— Чай, малыш, и лепёшки?
На столе появилась тарелка со свежим хлебом.
— Я пока не хочу, — честно созналась, ощущая приятный аромат.
Моего лба тут же коснулась грубая мужская ладонь.
— Температура спала. Не хочешь, не ешь, но пить обязательно. И, наверное, обойдёмся сегодня бульоном.
— С варёной рыбой, — уточнила я.
— С чем захочешь.
Калеб присел передо мной на корточки и зевнул, прикрывая рот.
— Тебе нужен сон, милый, — мне не нравилось его состояние.
— Пораньше ляжем, — он лишь улыбался, глядя на меня.
— Калеб...
— Нормально всё. Нормально.
Его усталость меня тревожила.
***
— Даллия, мы на улицу строить сарай, а ты будешь сидеть у окна.
Донеслось до меня из коридора.
— Я на веранду, — моему возмущению не было предела.
— Комната и окно, — заупрямился муж.
Но не тут-то было. Я лучше всех знала, плохо мне или хорошо. Нечего из меня умирающую лепить.
— Даллия..."
"— Не выйдет, Калеб. Мы под куполом. Ветра нет. У меня новая куртка. Не хочу я сидеть в комнате одна, и как сова таращится из дупла...
— А она таращится? — муж замер и вопросительно приподнял бровь.
— Да иди ты! — буркнула я.
Он засмеялся.
Через полчаса я сидела на веранде, закутанная как капуста.
Тёплая погода возвращаться не желала ни в какую.
Даже не верилось, что по прилёте сюда я изнывала под палящим солнцем.
Какая же здесь зима?!
— А топливо когда доставят? — спросила я как бы невзначай, наблюдая, как Калеб умеючи стёсывает кору с молодых деревьев, поваленных им в ближайшем пролеске.
— Через несколько недель, — не отрываясь от работы, ответил он.
Подняв ствол, Калеб откинул его подальше к куполу.
— Пусть немного полежат, им нужно подсохнуть. С сараем придётся обождать, — он поднял на меня взгляд. — Я вот думаю, леса у нас хватает. Может, сруб поставим? Как ты смотришь на такой вариант?
— Кого поставим? — не сообразила я.