Он оглянулся. Лапушка и Жиря плелись следом, обвешенные паутиной как гирляндой.
— А ну, марш на веранду и сидеть там!
Их разом смело. Только пыль от корешков поднималась.
— Может, ты и прав, — нехотя согласилась я, вспоминая, как сама ругала их в первый день прилёта на Кеплер, когда они чуть не утонули. — Да, ты прав. Их самостоятельность и культ желудка не доведёт до хорошего.
Но вся злость сошла на нет, стоило нам появиться под куполом.
Нет, на веранду эти две голодающие дамы не пошли. Схватив короткие топорики, мои милейшие цветочки счищали кору с поваленных стволов.
— Почаще орать на них, что ли? — задумчиво протянул муж.
— Тебе не стыдно? Эксплуататор!
— Нам так-то всем сарай для топлива нужен, — на лице Калеба появилась хитрющая улыбка.
— Нет, милый, они растения и топор опасная штука в их корнях.
Улыбаться он перестал.
— Так, отложить инструмент! — гаркнул муж. — Не доросли ещё.
Работа тут же встала. Обе проказницы пошуршали на веранду, печально волоча за собой корешки.
Мне так жалко их стало в этот момент.
— Сейчас помоемся, приводим вас в приличный вид и будем думать, куда пустить сию энергию, которая бурлит в ваших зелёных задах, — уже мягче объявил планы муж.
Он снова взялся за топорик, но тут же воткнул его в небольшое полено.
— А сарай ты как делать собрался? — постаралась я увести тему от произошедшего. Как-то отвлечь его, чтобы окончательно успокоился, и буря миновала.
— Пока прикопаю четыре бревна и приколочу к ним тонкие ветви. Но это временно. Потом выпишу пилу, и разживёмся досками. Но всё это деньги.
— А деревьев на участке хватит?
— Позаимствую с соседнего, чего своё трогать. Но это всё не сейчас. Давай, милая, в дом. Кровать, чай и пряжа с крючками. Сиди, смотри на планшете уроки и развивайся. Я жду от тебя носки.
— А ты?
— А я отмою этих проглотин, — он прищурился и покосился на выглядывающих с веранды чумазых проказниц, — и пойдём мы искать тонкие деревца. Чтобы толк был от чьей-то бурной деятельности. И не волнуйся, буду следить за ними в оба.
Я вынуждена была согласиться. Кажется, в жизни моих девочек начался новый виток.
Послушание и образцовое поведение.
— Калеб, я только тебя очень прошу — помягче с ними.
— Они похожи на подростков, — муж, вскочив на веранду, понёс меня в спальню. — Их нужно к чему-то приобщить, иначе так и будем спасать их из разных передряг.
— И всё же...
— Я услышал тебя, Дали, не переживай.
Поцеловав меня, Калеб вручил нераспакованный пакет с пряжей и набор крючков.
— Ты можешь видеть нас в окно, детка.
Но стоило ему уйти, как меня срубил сон.
Глава 41
Только через два дня у меня получилось связать аж несколько рядов петель. Я невероятно гордилась собой. Крючок так и крутился в моих руках. А чем мне ещё было заниматься — Калеб не позволял вылезать из постели.