Здесь пахнуло непростым контрактом между людьми и земными существами, где космический приют для хищных растений стал местом, куда попадают самые необычные сущности. Угрюмый голос воспитателя бросается в уши как будто из глубин вселенной, а я — чужак среди чужих, пытаюсь найти своё место между гигантскими кустами и шершавыми лианами....
Такой твёрдый везде, огромный, мощный.
Мой медведь.
— Дали, — прошептал он, — ты меня с ума сводишь, детка.
Тихий восторг. Прогнувшись, я перехватила у него инициативу и, облизав нижнюю губу мужчины, скользнула в его рот.
— Моя девочка, — простонал он. — Какая же ты горячая. Совершенство.
Грубая мозолистая рука заскользила от колена вверх. Калеб задирал подол ночной рубашки.
Молния на мгновение осветила лицо мужа. Его глаза лихорадочно блестели, в них словно в зеркале я видела себя.
— Дали, пожалуйста, — простонал он.
"Склонившись, я снова прижалась к его губам, не желая прерывать нашу опасную игру. Раскаты грома заглушали стоны.
На пол рядом с табуретом на одеяло опустилась розовым облачком ночная сорочка.
— Какая же ты красивая, — шептал муж, покусывая мочку моего уха. Я вслушивалась в каждое его слово, — Я так хочу тебя, Даллия. До боли, до умопомрачения...
— Я твоя, — тихо произнесла в ответ.
Он словно обезумел.
Сгорая в его объятьях, казалось, я отключилась от реального мира.
Еле уловимый звук расстёгивающейся ширинки.
И жар, опаляющий тело и сознание.
Ухватившись за плечи мужа, я неосознанно приподнялась, помогая ему.
Резкая боль и мы замерли.
Задыхаясь в своём сумасшествии, я качнулась.
— Тихо, малыш. Тихо. Сейчас боль уйдёт.
Но я не слушала. Желала этого мужчину. Всего без остатка.
Поднявшись, снова опустилась на его бёдра, задавая свой ритм любви.
— Моя малышка, — выдохнул он, подхватывая меня под ягодицы.
Ночную тишину разрушали наши крики удовольствия.
Цепляясь за мощные плечи своего мужчины, ощущала лишь дикий восторг. Опустившись на него в очередной раз, опустила голову, шепча его имя.
Мир разбился на тысячи осколков.
Низ живота опалила волна удушающего пламени. Всё! Кажется, я потеряла способность даже дышать.
Расслабленно проведя по мужской груди ладонью, я вслушивалась в хриплое дыхание своего гиганта.
Громкий стон, полный удовлетворения, и я оказалась плотно прижата к телу мужа, наполненная им без остатка.
— Калеб, — шепнула, целуя его в плечо.
— Я люблю тебя, моя девочка, — выдохнул он мне в волосы. — Люблю до одури, слышишь.
Улыбнувшись, обняла его за шею.
— И я люблю тебя, мой медведь.
Глаза медленно слипались. На плечи опустилось одеяло.
— Калеб...
— Спи, Дали, — тяжёлая ладонь прошлась по моей спине. — Я буду охранять тебя от всех.
Сладко зевнув, окунулась в лёгкую дремоту.
Над куполом снова прогремел гром.
