Здесь пахнуло непростым контрактом между людьми и земными существами, где космический приют для хищных растений стал местом, куда попадают самые необычные сущности. Угрюмый голос воспитателя бросается в уши как будто из глубин вселенной, а я — чужак среди чужих, пытаюсь найти своё место между гигантскими кустами и шершавыми лианами....
Вот это я понимаю поступок!
— И что злыдня Уруза тебе за это назначила? Долго ругала?"
"— А целую лекцию зачла, — Марка махнула рукой. — Грозила пальцем и нараспев вещала, что в десять лет совершать такие чудовищные поступки зазорно. Что я оставила всех без ужина и без важных витаминов! И ещё там чего-то. А я считаю, что есть животных...
— ... и растения, — тут же вставила я.
— Да, — она подняла указательный палец вверх. — Есть животных и растения зазорно. Есть же прекрасные синтетические заменители. Да и вообще, мы же знаем, где тех раков у нас ловят.
Мы обе захихикали и выдали дружное: ""Фее!""
Где ловят раков ни для кого не секрет. В очистных сооружениях.
Там такое плавает, что жуть.
Так что Марке за проделку все только спасибо сказали.
Уж лучше синтетика, чем такое мясо.
Меня передёрнуло.
— А тебя-то в утиль за что? — подруга прищурилась. — Жирянку твою нашли?
— Ещё чего! Она у меня шустрая. Бегает только так от всех, — я гордо выпятила грудь вперёд. — Меня за то, что с линейки свинтить попыталась.
— И на сколько?
— На неделю!
— Если найдём ништяки — нужно будет на станцию прорваться, — мечтательно строила планы подруга. — Выручим деньги — мороженое слопаем.
— М-м-м, — у меня аж слюнки потекли. — Шоколадное.
— Ага.
Вбежав в отсек утилизации, сразу же нарвались на строгий взгляд младшего воспитателя. Она с грозным видом указала нам на кубы с отходами. Облачившись в резиновые сапоги и перчатки, мы поплелись к ним. Тщательно разбирая груды мусора, сортировали его, скидывая в трубы на полу.
Ткань, металл, пластик, дерево, стекло, бумага, резина...
Целые гаджеты — в большую коробку. Их отправляли в мастерские. Там разбирали по запчастям свои умельцы. Ухватившись за очередной тюк, заметила зелёный листочек.
— Марка, глянь, — шепнула я.
Подруга подскочила ко мне и помогла распотрошить контейнер.
— Это растение такое?
— Ага, — я осторожно извлекла маленький горшочек, в котором ютился напуганный цветок. — Это венерина мухоловка. Знаешь, какие они нежные и чувствительные! Их реже всего подвергают генетическим мутациям.
— Почему?
— Не выживают бедняжки, — покрутившись на месте, я нашла пластиковый контейнер и аккуратно поставила в него горшочек.
— Где прятать её будем?
— В комнате — твёрдо заявила я.
— А если найдут?
— Нет, — я покачала головой. — Ей на улицу никак нельзя.
Мухоловка, словно поняв, о чём я, приподняла ловушку и закивала ею.
— Какая она миленькая, — поймав муху, Марка пихнула её цветочку. — Ешь, маленькая.
