Потрясся уловом в воздухе перед собой, она тонким корешком ткнула под задний плавник своей добычи и резким движением просто вспорола рыбине брюхо. Всё его содержимое выпало в воду и устремилось течением вперёд.
Меня замутило.
Но я держала лицо.
— Хочешь она и тебе куда корешок всунет? — громко спросила я. — Нас трое, Камиль. Нас всегда трое! И не стоит недооценивать моих девочек. Они тебя и располосовать смогут, да так, что папочка и мамочка долго искать будут. Или думаешь, слабенькая девочка-цветочек выскочила бы за убийцу и сунулась сюда? А деньги у приютской откуда? Не думал. Рискуешь, сахарный. Не посмотрю, кто папочка, размажу как жука!
Как у меня духу хватало такими угрозами сыпать?!
Я никогда не была жестокой. Но сейчас, трясясь внутри как кролик, корчила из себя невесть кого.
Мужчина стоял и внимательно разглядывал нас. На его лице ходили желваки.
— Ничего подожду пока, — он оскалился. — Разберёмся с тобой чуть позже.
Я снова отчего-то вспомнила магазин его матушки и того плюшевого мишку.
Прикусив язык, сдержала реплику по этому поводу.
Это всего лишь подозрения, но если я на секундочку права, то лучше им не знать о моих догадках.
Что-то весёлое путешествие, о котором я мечтала всю жизнь, начинает плохо попахивать. Да куда там — смердит.
— Мне не известно, что ты задумал, Калеб, но поспеши, — прошептала я одними губами.
Дождавшись, пока он уберётся отсюда подальше, я наконец выскочила из воды. Как чумная долетела до разложенного на песке полотенца. Схватив свои штаны, не вытираясь, попыталась натянуть их, но не вышло. Запутавшись, неуклюже повалилась на колени и неожиданно для себя зарыдала. У меня от пережитого ужаса всё внутри тряслось.
Такой озноб пробил.
А взять себя в руки не могла. Лапушка пыталась поддержать меня, поглаживая по плечу листиком, но это не помогало."
"Первым порывом было бежать к соседям. Но я лишь тяжело вздохнула икнув. Такого за мной не водилось. Тряпкой становлюсь. Выросшая в приюте, я всегда сама решала свои проблемы и не вешала их на других.
Ну что сможет эта пожилая супружеская пара? Только выслушать, совет дать.
И всё-таки стоит завтра сходить.. .Выговорится, может, и помогут словом. Люди как-никак жизнь прожили.
Несмотря на такие мысли, меня всё ещё трясло. Страх не отступал.
Планшет издал привычный сигнал. Схватив его, я с облегчением поняла, что связь восстановлена.
Калеб!
Размазывая слёзы по щекам, активировала вызов.
Он сидел в тёмной шахте. Я с трудом могла различить его лицо. Грязное, в разводах, на щеке кровоподтёк.
— Дали! — рявкнул он. — Что за слёзы? Что случилось?
— Он уже штаны снимал... — выдохнула я, и тут же сообразила, что не с того начала. Это как-то само вырвалось, страх язык подгонял.
— Кто? Тот выродок, что являлся к тебе?
— Да, — я громко всхлипнула.