Нежная стерва, или Исход великой любви — читать онлайн бесплатно полностью

 – Ты ведь знаешь, что я не делала этого!

Она попыталась встать, но проклятая правая нога не желала подчиняться голове, подворачивалась и дрожала, и Коваль неожиданно расплакалась от злости.

– Ну, здравствуйте! – развел руками Егор. – Тебя что, прорвало сегодня? Сейчас-то что случилось?

– Нога, Егор… она совсем чужая, как протез…

– А ты, как обычно, хочешь все и сразу? Детка, и так все просто отлично, нужно еще подождать немного, массажи и все остальное. Пока с палкой походишь…

– Спятил совсем?! – заорала Марина, представив, как будет выглядеть с палкой.

– А с чего ты взяла, что она с палкой ходила? – удивился Егор. – И потом, это же не навсегда, временно. А, кроме того, палкой ведь и врезать можно, если достанут! – подмигнул он, ущипнув ее за грудь.

– Врезать я и рукой могу без проблем, а как на люди с костылем-то покажусь, ты подумал? – Коваль села на постели и по привычке потянулась за сигаретами, но вспомнила, что Юрка так и не успел отдать их.

Он поморщился недовольно, в последнее время стал притеснять ее потихоньку за курение, но сигарету принес, и Марина закурила с наслаждением.

– Вернемся к нашим баранам, – вспомнил Егор. – Я так и не понял, по какому поводу пришлось мне полежать на брюхе, а?

– Сама хотела бы знать. Ночью в «Шаре» некто завалил Печатника, естественно, записки не оставил, благодарить некого.

– Подозреваю, как его зовут, это алиби! – невесело усмехнулся Егор.

– Нет, постой! – прицепилась Марина. – Я устала тебе повторять – мы разговаривали с ним до четырех часов почти, и это все. А вот ты сам-то куда рванул?

– Сказать? Или сама догадаешься?

– Понравилось? – мрачно спросила она, не глядя на него.

– Родная, да ты о чем? Конечно, нет! – захохотал Малыш, повалив ее на постель и навалившись всем телом сверху. – И грудь маленькая, и ноги не такие длинные, и секс беспонтовый! Ты бы со скуки умерла!

– Сволочь ты, Малышев!

– Сам удивляюсь! И что характерно – все время о тебе вспоминал, лежу на ней, а вижу тебя, – признался он, сдергивая простыню и приникая к груди.