– Детка, не говори глупостей! Что такое эта нормальная семья, кто может ответить? Какой наследник от торчащей на коксе малолетки? – взмолился Егор, прижимая жену к себе.
– Я что-то пропустила? При чем тут…
– А при том – она нанюхивается кокаином так, что не соображает, что делает! Я знал об этом сразу, но думал, что справлюсь, ведь смог же я тебя ссадить с героина, помнишь? Но ты – это ты, ты сама хотела жить, сама боролась, сама справилась. А эта бестолочь всякий раз, сбежав из больницы, только плачет и клянется бросить. И от кого она ждет ребенка, еще очень большой вопрос, дорогая, – Егор нервно вырвал сигарету из пачки, щелкнул зажигалкой. – Я так виноват перед тобой, малышка, если б ты знала! Ко мне приезжал Строгач, мы тут поговорили с ним, объяснил он мне, как все было. Детка, прости меня за то, что тебе пришлось пережить из-за меня, мне никогда не загладить этой вины…
Коваль закрыла его рот поцелуем, впиваясь в губы. Малыш напрягся, отвечая. Его руки скользили по ней, воскрешая в памяти все, что было у нее с этим человеком, напоминая, что нет и не было никого ближе и дороже.
– Родной мой… – простонала Коваль. – Любимый… не говори никогда об этом, прошу тебя… даже если ты не вернешься, я буду только твоей, мне никто не нужен, только ты. Я согласна быть кем угодно, только чтобы с тобой…
– Девочка моя, да кем ты можешь быть, ведь ты жена моя, единственная, не будет другой! – Малыш взял ее лицо в ладони и нежно поцеловал в губы.
Они так и проговорили всю ночь, а утром Коваль заставила его все же уехать к себе, взяв слово не говорить пока никому о ней и сократить общение до звонков по мобильному. Егор согласился с огромным трудом, не понимая, что происходит. Она и сама не понимала, но почему-то его рассказы о блондинке не убедили, осталось какое-то неприятное чувство… Марине нужно было время, чтобы подумать.
Примерно через неделю она поехала на встречу с Веткой, которой позвонила накануне, не утерпев. Ведьма обрадовалась, но не удивилась, сказав, что и так не сомневалась в том, что Коваль жива-здорова. Проезжая по центру, Марина увидела картину, заставившую ее притормозить немного – на крыльце магазина трое мужиков окружили девицу в длинной светлой дубленке и белой шапочке и тянут ее в стоящую рядом «девятку». Девица упиралась и звала на помощь, но шансов у нее не было почти – люди спешили мимо, стараясь не смотреть даже в сторону творящегося. Не понимая, зачем ей все это нужно, Коваль остановила «Хаммер», оглянувшись на кафе, где должна ждать Ветка, но не обнаружила ее машины на парковке. Вдруг девица на крыльце оказалась лицом к «Хаммеру», и Марина узнала в ней Егорову блондинку.